Тем более, в Конфедерации спокойно. Форсмажоров не предвидится. Я особенно бдительно за этим слежу. Чтобы никто не мог прервать чем-то экстренным мой отпуск.

— Дард, ты знаешь… — задумчиво говорит Лита, глядя в экран и переводит гордый взгляд на сына. — У нас растёт не изобретатель, а кое-кто намного серьёзнее.

И тут же мелодично смеётся, переводя взгляд с меня на сына и обратно, когда мы оба выжидающе смотрим на неё.

— Когда вы на меня так пялитесь, я себя копировальным аппаратом чувствую, — ещё сильнее смеётся Лита. — Копии просто.

— Мам, ты если начала, договаривай, — хмурится сын, пристально разглядывая Литу. — Кто у вас растёт?

— Это приказ? — иронично смотрит она на Нила.

— Это настоятельная просьба, — хмыкает сын.

Вроде хмурится, а я вижу, с каким обожанием он на маму смотрит. И я так же смотрю. Самая лучшая она у нас.

— Ты у нас не изобретатель, Нил, — серьёзно говорит Лита, — ты гений.

И снова смеётся, когда мы с Нилом вдвоём одинаково вздёргиваем брови, глядя на неё.

— Дард, смотри сюда, — начинает объяснять Лита, — мы с Руми это на прошлой конференции обсуждали. Что формула сложная. И хорошо бы её упростить, потому что она мешает…

Из её, как всегда, складных и понятных объяснений, я тоже прихожу к выводу, что мой сын — юный гений. И не могу скрыть гордой улыбки.

Сын прямо вспыхивает довольством. Улыбается до ушей. Так тепло становится… улыбка-то у него — Литы.

Малышка Ами топает к нам, берёт меня за руку и решительно тянет к конструктору. Чувствуя, как меня захлёстывает отцовская нежность, позволяю дочке увлечь меня с собой.

Как-то незаметно мы все вчетвером оказываемся вокруг объёмной модели эсминца, увлечённо вкладывая разноцветные детали в увеличивающуюся модель.

Обожаю такие моменты. В кругу семьи. Занятые совместным делом.

Только вот есть один дестабилизирующий фактор.

Изящные плавные движения жены и ткань домашнего платья, обтягивающая её роскошную грудь и соблазнительные бёдра, когда она тянется вставить очередную деталь. И следствие этого — натяжение ткани в моих штанах.

Два дня слишком долго. Надо было всё-таки сначала Литу утянуть в мой кабинет, включить звукоизоляцию, как следует отлюбить — быстрым сексом, который мы оба очень даже приветствуем. А потом уже без помех наслаждаться общением с детьми.

Бросаю быстрый взгляд на часы. Мила приедет через три часа. Долго. Ловлю проницательный взгляд Литы и её лукавую улыбку.

— Я пригласила в гости Нитру с семейством, да и Лойд с Руми со своими подтянутся, — она многозначительно приподнимает бровь. — Через полчаса приедут.

Я смеюсь, тянусь к ней и целую её волосы, вдыхая её неповторимый аромат. Довольно улыбаюсь, глядя, как жена соблазнительно краснеет, а в её глазах загорается знакомый похотливый огонёк.

Тоже хочет, страстная моя. Даже посильнее меня. Отлично.

Нитра и Руми со своими семействами — наши частые гости. Вон у Нила как глаза светятся предвкушением, да и Ами хлопает ладошками.

Дети любят играть большой толпой в нашем просторном дворе — там у меня целый парк детских развлечений организован.

А их родители очень даже с пониманием относятся к тому, что хозяева дома иногда пропадают из зоны видимости на час или полтора.

Даже приветствуют, потому что потом мы с Литой приходим довольные и активно включаемся в долгие разговоры и коллективные игры.

— Полчаса, это прекрасно, — хмыкаю я и поправляю воротник на платье Литы. — Думаю, за это время мы успеем достроить корму эсминца. А потом… — многозначительно приподнимаю брови.

— Конечно, любимый, — наклоняется ко мне и провоцирующе шепчет на ухо: — потом я вся-вся твоя.

КОНЕЦ