После нескольких бурных заходов, во время которых мы едва не сломали его односпальную кровать, Дард всё никак не может от меня оторваться. Гладит, ласкает.

Вот и сейчас лежит щекой на моём животе, обнимая бёдра и жамкая ягодицы. А я млею расслабленно.

Его вопрос застаёт меня врасплох. Я тут же напрягаюсь и опускаю на него опасливый взгляд.

— Когда сказала? — осторожно уточняю я.

— Пять лет назад, — он целует меня в живот и прижимается к нему щекой, притягивая сильной рукой меня к себе за ягодицу. — Ты приходила ко мне с расчётами. Война ещё шла.

Я зарываюсь пальцами в его волосы, вздыхаю, смотрю в потолок.

— Ты помнишь?

— Не сразу вспомнил, — усмехается он. — Просто не мог понять, где ещё видел такую охренительную грудь и ошеломительные бёдра. Один раз видел, но запомнил.

Он стискивает меня за ягодицу, гладит щекой по животу вверх, чуть прикусывает грудь. Зарывается лицом между ними.

— Пять лет вся эта роскошь где-то гуляла без моего надзора, — лёгкий укус за напряжённый сосок, и тут же прикосновение языка. — Лита-а… отвеча-ай! Мне очень интересно, почему.

Я выгибаю спину, подставляя грудь под его рот.

— Испугалась твоего напора, маршал Блейд, — выдыхаю я, сдерживая стон от давления его умелых губ. — Ты же меня сходу поцеловал. Учитывая, что утром в новостях был очередной скандал с твоим именем… ах!.. Дард!

Его пальцы проникают между моих бёдер и гладят поверх половых губ дразняще-ласковым движением.

— Какой ещё скандал? — усмехается он.

— О, я очень хорошо помню! — чуть раздвигаю ноги, чтобы ему было удобнее, — Дард, я же снова тебя захочу сейчас!

— Я очень на это рассчитываю, — смеётся он и надавливает на щель, размыкая половые губы, легко касаясь увлажнённого входа. — Если хорошо помнишь, рассказывай.

Я вздыхаю и пробую отодвинуться от него.

— У тебя из под стола выкинули какую-то девку, которая забралась туда сделать тебе минет, — ровным тоном отвечаю я.

Его руки замирают. Он поднимает голову и пристально смотрит мне в глаза.

— Ты поверишь, если я скажу, что девка действительно была, но эти новости — часть продуманных мною скандалов?

Я молча смотрю на него.

Он убирает руки от моих сокровенных мест, обнимает, смотрит мне в глаза.

Медлит. Я молча жду. Наконец, Дард решается.

— За пару лет до этого, в разгар войны, я встречался с женщиной, — он дёргает щекой. — Ничего серьёзного, но она мне нравилась больше, чем другие. Её похитили и пытались меня шантажировать. Требовали, чтобы я сдал Иным несколько планет.

Он выпрямляется, садится на кровати, мрачно разглядывая меня. Я натягиваю на себя простыню, настолько мне становится холодно от его взгляда.

— Я перетряхнул весь флот, все связи, всё что мог и что не мог, но нашёл её. Ей ничего не успели сделать. Между нами больше ничего не было, она даже уже вышла замуж. Но я до сих пор держу рядом с ней охрану.

Дард погладил меня по бедру и сжал его сильно.

— С тех пор я тщательно создаю репутацию отъявленного бабника, чтобы не подставлять никого.

Прожигающий взгляд в глаза.

— Пытался от тебя держаться подальше. Чтобы уберечь тебя. От себя. Мне уже было понятно, что вляпался серьёзно и надолго. Но всё же не смог. Не смог отказаться от тебя, — медленное поглаживание по моему бедру. — Поэтому тебя под защиту.

Он продолжает говорить, через силу, сквозь зубы.

— На полдня только тебя упустил сегодня. Собирался разгребсти тут всё по-быстрому. Встретить тебя после работы. Но ты ушла раньше. Охрана у тебя была, мне сообщили, что ты вышла с коллегой. Я приказал не вмешиваться, сопровождать. Парней технично сбили. Пока я сдёргивал с задания группу Лойда, пока он нашёл тебя у подруги…

Дард хватает меня, сгребает в охапку, зарывается лицом в мои волосы. А я едва дышу, ошеломлённая, слушая его тяжёлое дыхание.

— Даже думать не хочу, что со мной было бы, если бы… — глухо говорит он, крепко прижимая меня к себе. — Даже думать не хочу. Поэтому глаз с тебя не спущу, Лита. Всё время будешь рядом. Пока я не разнесу в труху всё и вся, что может помешать тебе жить в безопасности, а не взаперти.

Меня потряхивает от его слов, от его обнажённой откровенности.

Будто опомнившись, Дард ослабляет хватку, говорит чуть спокойнее.

— Я не святой, Лита, я не утверждаю, что жил как монах. Да, у меня было много женщин. Да, я люблю секс, особенно, когда секса много. Но не настолько у меня всё плохо, чтобы не удерживать член в штанах.

Он отстраняется, заглядывает в моё лицо, гладит большим пальцем по щеке, смотрит на губы.

— И уж точно я ни на кого и никогда не набрасывался, как на тебя, — усмехается он. — В академии я всё думал, где ещё видел настолько охрененные грудь и задницу. Вспомнил. Выяснил, что ты та самая докладчица. Охренел. Окончательно вспомнил. Ту, первую встречу. Когда ты вошла…