Подробности не разглашались. Все просто говорили, что Дарден Блейд придумал, а потом научил остальных, как приближаться к кораблю Иных — под экранирующее поле.

А теперь, я видела формулы, описывающие то, как Дарден это сделал.

Парни Дардена били Иных вблизи планет, разгоняясь за счёт гравитационных манёвров — используя силы притяжения.

Потом вылетали на орбиту, мухлевали со скоростями и маневровыми двигателями, в результате умудрялись подлезть к самому брюху Иных кораблей, прямо между шипами.

Медленно отпивая кофе, я пялилась на схему Руми, рассматривая расчёты.

Мысленно проверяла их так и эдак. И не понимала, как это возможно.

То, что делал Дарден Блейд и его капитаны, на бумаге, в любых цифровых расчётах, противоречили самой сути космических полётов.

Я снова и снова вглядывалась в формулы, принимая ошеломляющий факт: манёвры, которые демонстрировала мне сейчас Руми, невозможны.

Всё равно, что я сейчас возьму ручку, брошу её, а она — без гравитационной установки на крыше — сама взлетит к потолку, вместо того, чтобы упасть на пол.

Именно для этого я брала паузу. Принять происходящее.

Потому что я верила Руми, капитанам и саму маршалу.

— Давай дальше, Руми, — отпив ещё кофе, попросила я.

Дальше было ещё круче.

Хорошо, что я прерывалась на паузу.

Слишком уже дикие вещи мне озвучивала это въедливая и дотошная преподавательница.

Руми не остановилась на модели. Она начала искать, откуда образовалось это противоречие.

Искала. И нашла.

— Всё дело в этой формуле, Лита, — наконец, торжественно провозгласила она. — Она появилась примерно пятнадцать лет назад, буквально из ниоткуда.

При этом Руми вывела ту самую базовую формулу, на которой основана вся космонавтика.

Я приподняла брови.

— Да! Лита, это правда! — с жаром воскликнула она. — Это она!

— Подожди, — подняла я руку ладонью к ней, — я же эту самую формулу заучивала десять лет назад, когда погрузилась в космическую науку. Как она могла появиться пятнадцать лет назад?

— Вот! — торжествующе воскликнула Руми, — но это факт! Сейчас расскажу!

В общем, дотошливая и въедливая Руми перетряхнула едва ли не все первоисточники, касающиеся данной формулы.

То есть, первоисточником этой базовой формулы, должны были быть труды Руфирдалда Грейрморса Первого, в невесть какой древности тысячелетия назад.

Или кого-то столь же древнего ученого, чьи труды стали основой нашей доблестной космической экспансии.

Но нет. Все современные учебники и статьи ссылаются друг на друга.

— Это кольцо, Лита! — расширив глаза, зловещим шёпотом произнесла Руми. — Все электронные издания, содержащие эту формулу, не старше пятнадцати лет! Только два источника я нашла, которые ссылаются на бумажные носители в главной столичной библиотеке.

— Хочешь сказать, что побывала там и подержала эти издания в руках? — уже зная ответ, спросила я.

— Конечно, — горделиво улыбнулась Руми. — Там эта формула выглядит вот так!

Она вывела под первой формулой — вторую.

Я сначала не нашла отличий. Слишком уж формула длиннющая.

— Куда смотреть, Руми? — сдалась я.

— Вот сюда, — она ткнула пальцем в проекцию. — Всего три переменные. И степень ещё вот здесь. Но сделано виртуозно. Очень близко. Очень похоже. Но мы-то пользуемся только электронными версиями.

— Почему никто этого не заметил? — спросила тихо я.

— Я спросила у отца, — помрачнев, сказала Руми, — ты знаешь, он у меня профессор.

— И что?

— Он обругал меня, сказал, что я занимаюсь ерундой. — Руми покраснела, явно разозлившись. — Никогда его таким злым не видела. Потребовал, чтобы я выкинула это из головы. Заявил, что иначе он меня срочно выдаст замуж, чтобы не занималась глупостями.

Мне всё это категорически не нравилось.

— Кому ещё ты показала это, Руми? — тихо спросила я.

— Никому, естественно, — тут же напряглась она. — Только тебе. Вообще это скандал, Лита. Надо к репортёрам…

— Подожди пока с репортёрами, — рассматривая схемы и формулы, сказала я. — У тебя всё это на одном носителе? Дашь мне?

— Конечно, — кивнула она.

Убедившись, что Руми никому не разболтает, я выключила проекцию и забрала модуль памяти. Положила его к себе в поясной карман.

Нужно показать это Дарду. Но увидимся с ним не скоро. Ведь у него дела в генштабе.

Улыбнулась при воспоминании об утре, записке, неприлично роскошном букете цветов и тёплом завтраке.

Кстати, с утра мелькало на экране комма объявление с новостью о каком-то награждении в генштабе. Как раз хотела посмотреть, что там, но пришла Руми.

Я села за стол, включила экран. За несколько кликов нашла — действительно, большое событие с участием самого маршала Блейда. Ежегодное мега-важное благотворительное.