– Не смею сомневаться в Вашей компетентности и справедливости, – Вит с трудом скрыл ехидную усмешку. – Однако позвольте не согласиться с Вашим суждением. Интриги графа и сами по себе трудно было бы назвать лояльным поведением по отношению к королю и своему отцу, однако в купе с его непосредственным участием в истории с отравлением их уже можно трактовать именно как преступление. По сути, Кнутлинг совратил невесту своего короля и тем самым поставил королевство на грань войны с Гельсингаландом.

– Я не понимаю, как интимные похождения какой-то ветреной девицы, будь она хоть трижды принцесса, могут послужить поводом для войны, – возмутился Рандруп.

– Простите, герцог, но мне трудно поверить в то, что столь искушённый политик, каким Вы несомненно являетесь, может не понимать таких простых вещей, – Вит довольно халтурно изобразил на своей хитрой физиономии недоумение. – Вы же не можете не понимать, что король не вправе жениться на опороченной женщине. Значит, мне придётся вернуть Лотту её отцу и компенсировать его величеству королю Хродгару моральные издержки. Чего он потребует, я, разумеется знать не могу, но как минимум придётся казнить преступника, покусившегося на невинность его дочери.

– Но разве это Кнутлинг отравил принцессу? – на этот раз в голосе высокомерного герцога явственно прозвучала тревога. – Насколько я знаю, отравителем был некий герцог Бьёрк.

– Предлагаете обвинить королевского племянника в гнусном преступлении на основании всего лишь свидетельства какого-то городского торговца, к тому же полученного под пытками? – Вит скептично хмыкнул. – Это даже хуже, чем просто отправить принцессу домой. Если король Хродгар и поверит в виновность герцога Бьёрка, вряд ли это улучшит его настроение и заставит забыть обиду. К тому же разоблачение истинного преступника никак не снимает вины с короля Скании, который не сумел защитить свою невесту в собственном замке. Нет, дорогой мой герцог, компенсация должна быть действительно значимой.

– Публичная казнь графа Кнутлинга ляжет несмываемым позором на весь род Веделей, – мрачно процедил Рандруп. – Пусть уж лучше Кнутлинг погибнет в бою, защищая свою честь, чем на плахе. Война так война. Веделям не привыкать проливать свою кровь за короля.

– Зато король не имеет права жертвовать своим королевством ради поддержания репутации одного из семейств Скании, – Вит грозно нахмурился, изображая непреклонного правителя, – даже если это самое богатое и знатное семейство. Однако под компенсацией я имел ввиду вовсе не голову графа Кнутлинга, а нечто совсем другое, – его голос смягчился, и в нём явственно прозвучали эдакие шаловливые нотки. – Визит принцессы Лотты в Сканию должен закончиться свадьбой, как и было задумано изначально, только жениться на принцессе должен не король, а кто-то другой, кого все расценят как достойную замену.

– Кто же сможет заменить короля? – старый герцог откровенно встревожился, поскольку разгадать сей простенький ребус смог бы даже последний бонд королевства. Ну действительно, кто же может стать достойной парой принцессе Гельсингаланда, если ни представитель самого знатного семейства в Скании, которое к тому же богаче самого короля?

– Притворство Вам не к лицу, герцог, – попенял лицедею король. – Вы отлично понимаете, что только брак с мужчиной из рода Веделей сможет замять этот скандал. Правда, выбор женихов у нас небогатый, – губы Вита скривились в недовольной гримасе. – Кнутлинг уже женат, а его младшему брату едва исполнилось двенадцать. Так что остаётся либо Ваш старший сын, либо сам глава дома Веделей.

– Я не могу переехать в Гельсингаланд, – Рандруп вскинулся столь резво, словно его кто-то укусил за мягкое место. – На мне лежит ответственность за весь наш род.

– Что ж, значит, решено, – Вит самодовольно ухмыльнулся, как бы ставя точку в переговорах. – Граф Кристен вдовец и к тому же в самом расцвете сил. Думаю, принцессе Лотте не на что будет жаловаться.

– Так вот что Вы задумали, – герцог тут же растерял всю свою почтительность и воззрился на шантажиста с открытой злобой. – Хотите избавиться от Кристена? Что ж, план хорош. Принц-консорт одного королевства никак не может быть маршалом другого. Но этому не бывать, я не стану жертвовать одним сыном ради другого.

– Даже если я назначу Вас регентом при своём малолетнем наследнике? – ехидно поинтересовался Вит. – Конечно, бог может и не подарить нам с Сигрид сына, – задумчиво посетовал он, исподтишка наблюдая за борьбой, которую сейчас вела совесть герцога с его же властолюбием. Совесть пока держала оборону, и Вит решил подыграть противной стороне. – Впрочем, на этот случай я мог бы написать завещание в Вашу пользу. Уверен, Вы станете прекрасным правителем Скании в случае моей кончины.

– Вы не шутите? – у Рандрупа от удивления буквально глаза полезли на лоб.

– Какие уж тут шутки, когда речь идёт о благе королевства, – укоризненно покачал головой Вит. – Так мы договорились?

– Я готов исполнить волю короля, – герцог горделиво выпрямился в кресле, как бы демонстрируя свою преданность, которой отродясь не испытывал. – Правда, есть одна проблема: граф Кристен может оказаться не лучшей партией для принцессы.