Ещё один поход Феликса в дамский сад увенчался победоносным обнаружением искомого колечка на дне неглубокого пруда с прозрачной водичкой. Команда евнухов быстренько обшарила сектор пруда под мостиком, указанный многомудрым магом, и вскоре довольный Эмир повёл дорогого гостя в свои покои, чтобы отметить радостное событие и расплатиться за услуги Ефремовой конторы.

̶- Осмелюсь предположить, что перстень случайно соскользнул с пальчика твоей жены, мой господин, когда она любовалась лебедями, стоя на мостике, ̶- Феликс решил поставить победную точку в деле, чтобы у клиента даже мыслей не возникло о том, что его тупо развели. – Я бы посоветовал отдать его ювелиру и уменьшить размер. Хотя такой тяжёлый камень всё равно будет стремиться к земле. Может быть, лучше вставить его в ожерелье?

̶- Думаю, мне будет неприятно на него смотреть, ̶- Эмир покрутил перстень в пальцах и протянул его магу. ̶- Этот камень будет постоянно мне напоминать, что я посмел усомниться в верности моей прекрасной Афтаб. Твой хозяин ведь не будет против, если я расплачусь за твою работу вот этим?

̶- Ты очень щедр, мой господин, ̶- на этот раз Феликс смутился вполне искренне, поскольку стоимость камня превышала таксу за услуги раз в пять как минимум. – Ты ведь понимаешь, что заплатить золотом, как обычно, было бы дешевле.

̶- Знаю, ̶- задумчивая улыбка расцвела на губах Парважа, делая его лицо почти приятным, ̶- но оно того стоит. Сегодня ты вернул мне не просто перстень, ты вернул мне веру в любовь.

̶- Я рад, что сумел тебе угодить, мой господин, ̶- на этом триумфальном аккорде маг по вызову закрыл очередное дело и отправился завтракать. И чего только не сделаешь, чтобы потрафить самомнению престарелого богатенького папика, а заодно спасти задницу тупой похотливой курице с бирюзовыми глазами и сексуальным контральто.

Глава 2

Лица участников совещания были мрачны, хотя тёплое майское солнышко, сиявшее в голубых небесах подобно драгоценному топазу, никак не располагало к унынию. После недели проливных дождей тучи наконец уплыли за горизонт, предоставив жителям Лунда возможность покинуть опостылевшие за время ненастья дома и насладиться солнечными ваннами. За окнами королевских покоев щебетали птички, окружавшие замок вездесущие клёны шелестели едва проклюнувшимися клейкими листочками, и откуда-то доносился задорный детский смех. В воздухе, пропитанном ароматами распускающихся почек и влажной земли, витало этакое радостное предчувствие приближения лета, однако настроение четверки, расположившейся вокруг совещательного стола, было очень далеко от радужного.

Шёл третий день после похорон правителя Скании, благородного Ха́львдана Твёрдая Рука, и до объявления монаршей воли касательно его наследника оставалось всего несколько часов. Поскольку король умер бездетным, то по обычаю наследовать ему должен был либо его младший брат, либо кто-то из племянников. Впрочем, обычай сей пока не был настолько устоявшимся, чтобы сделать передачу власти безальтернативной, а потому народ Скании пребывал в волнении и ажиотаже, предвкушая, кто с радостью, а кто и со страхом, куда повернётся переменчивый флюгер дворцовых интриг.

Единственное, что можно было утверждать наверняка, так это то, что возмутительные реформы, которые с одобрения почившего в бозе величества насаждал непонятно откуда взявшийся тайный советник по имени Свен, со вступлением в должность нового монарха будут немедленно свёрнуты. Более того, довольно большая часть сканской знати откровенно предвкушала, что и реформатору тоже свернут шею, а некоторые уже открыто обсуждали, как именно его казнят. Поскольку одним из участников совещания был как раз тот самый реформатор, то уныние его свиты было вполне оправдано.

Впрочем, собравших на тайный совет соратников Свена расстраивала не столько перспектива для их босса расстаться со своей бренной плотью, сколько сопутствующий сему расставанию провал миссии по внедрению реформ. Дело в том, что ни сам Свен, ни его команда не были коренными жителями данной локации, да и вообще людьми. Двое из них были аэрами, один – альвом, а как следовало идентифицировать единственную даму в их суровой мужской компании, вообще оставалось загадкой даже для самой Найоли. Да, когда-то она действительно была человеком, но неожиданный синергетический эффект взаимодействия двух магических артефактов превратил её в могущественное и практически неуязвимое существо, которому для жизни даже не требовалось физическое тело.