— Я понимаю больше, чем ты думаешь.

Он долго смотрел на меня. В золотых глазах что-то дрогнуло — тень, похожая на ту, что я видела в галерее у портрета Умбрии. Потом он отступил.

— Будь осторожна, Эрида. Инесса опасна. И Тамира — тоже. Они не простят тебе сегодняшнего.

— Я знаю.

Он развернулся и пошёл прочь. Но у конца коридора остановился и бросил через плечо:

— И... ты хорошо держалась сегодня. В трактире. Я редко вижу, чтобы Инессе давали отпор.

— Спасибо, — сказала я, не удержавшись.

Он кивнул и исчез в темноте.

---

Я зашла в комнату, заперла дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось. Разговор получился совсем не таким, как я ожидала. Он не угрожал. Не допрашивал. Он... почти признал меня равной.

Я подошла к окну и выглянула наружу. На углу Западного крыла гаргулья сидела на своём месте. Она посмотрела на меня, моргнула и снова застыла.

Я задёрнула штору и легла спать, но ещё долго ворочалась, прокручивая в голове его слова. «Ты хорошо держалась». Неужели мы и правда ищем одно и то же? Или он просто пытается разобраться в своей невесте?

Сон пришёл незаметно.

Я стояла посреди чёрной воды. Она была гладкой, как зеркало, и тёплой, как кровь. Вода доходила до щиколоток и отражала небо, которого не существовало, — россыпь звёзд, что двигались не по законам астрономии, а по воле чего-то большего. Хаос. Живой, дышащий.

Я знала это место. Я была здесь однажды — в миг между смертью и возвращением.

— Ты хорошо держалась сегодня, — раздался голос.

Я обернулась. Она стояла в десяти шагах, и вода вокруг неё не отражала звёзд, а поглощала их. Богиня Эрида. Тёмный силуэт, сотканный из дрожащего воздуха и роящихся искр. Глаза — два водоворота. Губы — трещина в реальности, что растягивалась в улыбке.

— Сегодня мне все это говорят, — ответила я, стараясь не выдать дрожи в голосе.

— Но я говорю это не как дракон, — она склонила голову набок, и движение это было чужим, нечеловеческим. — Я говорю это как та, кто дала тебе силу. Ты использовала её сегодня. Не для мести. Для защиты.

— Я защищала друзей.

— Друзей, — повторила она, пробуя слово. — Ты обзавелась друзьями. Это неожиданно. В прошлой жизни у тебя их не было.

— В прошлой жизни у меня не было многого.

Она усмехнулась, и от этой усмешки вода под моими ногами пошла рябью.

— Ты дерзка. Мне это нравится. Но помни, Эрида: я дала тебе не просто силу. Я дала тебе срок. Год и один день. Ты можешь пить сидр, смеяться с друзьями и ставить на место врагов. Но не забывай, зачем ты здесь.

— Я не забываю, — сказала я, и голос стал твёрже. — Каждый день я помню, что Инесса сделала со мной. И что она собирается сделать снова.

— Хорошо, — она шагнула ближе, и вода вокруг меня стала горячей. — Потому что Хаос не терпит промедлений. Твои друзья — это хорошо. Твой дракон — это интересно. Но твоя цель — месть. Если ты упустишь её, Хаос найдёт другой выход. И это может стоить тебе всего, что ты сейчас имеешь.

Я смотрела в её глаза-водовороты и чувствовала, как метка на груди пульсирует в такт её словам.

— Я не упущу.

— Посмотрим, — она провела рукой по воздуху, и звёзды над нами задрожали, закрутились спиралью. — А пока — спи. Завтра у тебя много дел.

Я хотела спросить ещё что-то, но вода под ногами разверзлась, и я полетела в темноту.

---

Я проснулась от собственного крика. Села на кровати, хватая ртом воздух. Метка на груди горела — не больно, но ощутимо, словно богиня только что прикоснулась ко мне.

В комнате было тихо. За окном занимался серый осенний рассвет. Гаргулья на углу Западного крыла сидела неподвижно.

Я опустила руку к груди. Метка медленно остывала. Значит, это был не просто сон. Это был разговор. И богиня напомнила мне о главном.

Я встала, плеснула в лицо холодной водой и посмотрела в зеркало. На меня глядела не та Эрида, что смеялась вчера в трактире. На меня глядела та, что заключила договор с Хаосом.

— Год и один день, — сказала я отражению. — Я помню.

Новая неделя началась с дождя.