- И зачем мне тебе рассказывать?

- Может быть, потому что ты начала говорить? Помнится, раньше из тебя и слова нельзя было вытянуть.

- Собеседники не располагали к беседе.

- Ты — чистая дева. Сосредоточение силы. Проводник. После ритуала тебе будет дарована жизнь в племени. Воины будут ценить и почитать тебя. Большая честь для любого человека оказаться на твоём месте.

- О, оставьте все эти почести себе, — я брезгливо скривилась. — Вы со своим ритуалом задействуете силы и магию, которые не можете контролировать. Потому что не понимаете, какие последствия ожидают не только вас, но и весь мир. Вы слишком самонадеянно верите в собственную неуязвимость и силу. Именно это и приведёт вас к погибели. Хотя нет… именно вас к погибели приведёт мой дракон.

- Слишком громкие слова для простой человечки. – Шаман усмехнулся и разочарованно покачал головой. Видно, не такой реакции он от меня ожидал. Судя по всему, он и правда считает моё участие благословением.

Красноволосый отошёл к своему столу и извлёк из статуэтки уже знакомый камень. Я непроизвольно напряглась всем телом, осознавая, что надо мной снова проведут процедуру очищения — ту, что я так ненавидела весь прошедший год.

Но шаман направился с камнем к дракону. Приложив красное яйцо к груди Андрея, он зашептал привычную песню. Однако дракон не засыпал. Шаман усилил натиск, слова песни становились всё громче. Даже у меня от происходящего начало рябить в глазах. Магия бушевала. Андрей, скованный цепями, удерживающими магию, бессильно бился. Шаман с довольной, предвкушающей улыбкой — словно забивал гвозди в крышку гроба — вбивал в свою песню всё больше магии.

После чего на чистом драконьем прошептал.

- Сдавайся дракон.

- Русские не сдаются! – Сказала я так же на драконьем. Из-за чего шаман с Андреем одновременно посмотрели на меня.

Во взгляде красноволосово плескалось недоумение, он понял слова, но не их смысл. Андрей же… В его взгляде словно зажглась искра, тот внутренний стержень, что сдерживал его драконью сущность, теперь разгорался с невероятной мощью. Силой, способной разрушить любые оковы.

- Что ты ему сказала? — Кричал шаман, словно пытаясь перекричать бушующую стихию. Он смотрел на меня с нарастающим страхом, наблюдая, как тело Андрея покрывается чешуёй. Цепи, сковывавшие его, истлели, рассыпавшись прахом.

-Аста ла-виста, детка ! – Проговорила широко улыбаясь. –Давай, Андрей не сдерживай себя. Покажи им по чем фунт лиха! Покажи им, кто здесь главный! Слейся с драконом, но оставайся собой. Ты – разум, ты – контроль. Драконы уважают силу, слабость – нет. Но ты силён, Андрей. Ты русский! А русские не сдаются!» - Я громко выкрикивала слова, повторяя их снова и снова, и не переставала смеяться. Со стороны казалось, что я сошла с ума. Возможно, так оно и было. А может, тот факт, что шаман был по-настоящему напуган, а Андрей справился с оковами, вселял в меня несгибаемую веру в успех. Ведь лишь утратив всё до конца, мы обретаем свободу.

В этот момент Андрей издал рёв, который, казалось, сотряс сам воздух. Его глаза, ещё недавно полные человеческой боли, теперь горели чёрным пламенем. Чешуя, покрывавшая его тело, переливалась, словно драгоценные камни. Он выпрямился, сбрасывая остатки оков, и в его позе проступила первобытная мощь. Шаман отшатнулся, лицо его исказилось от ужаса, когда он увидел, как из спины Андрея начинают пробиваться огромные перепончатые крылья.

- Вот это да… — прошептала я, наблюдая за трансформацией. Это было не просто превращение. Это было слияние, рождение чего-то нового, невообразимо сильного. Андрей теперь был не просто человеком — он стал воплощением древней силы, которую сумел обуздать.

В центре шатра возвышался исполинский крылатый ящер, чье массивное тело заполняло почти все доступное пространство. Его могучие лапы, казалось, превосходили мой собственный рост. Я замерла, подняв голову, и с немым изумлением взирала на это грандиозное существо. Как мог человек превратиться в столь колоссального зверя?

Дракон расправил крылья, и порыв ветра, вызванный этим движением, сбил шамана с ног. Тот упал, врезавшись в стену; его ритуальные одежды развевались вокруг него, как жалкие лохмотья. Андрей же, словно не замечая трепыханий красноволосого, поднял голову — и его рёв прозвучал как вызов самой стихии.

Он посмотрел в мою сторону, и в его чёрных глазах мелькнуло что-то узнаваемое, что-то человеческое. Лёгкий взмах лапы — и коготь разорвал цепь, что удерживала меня.

- Освободи девочку-дроу ещё, пожалуйста. А я пока камень возьму. — Глядя на дракона, я чувствовала, как трясутся руки. Он своим телом занимал практически всё пространство. Одно неточное движение — и начнёт рушиться всё: от мебели до стен и каменных сводов.