Я молчала, не зная, что ответить.

— Но брак — это серьёзно, господин генерал. И я не из тех, кто сядет у домашнего очага и будет вязать вам носки.

— Я знаю. И это меня привлекает к вам ещё больше.

— Могу я сейчас не отвечать?

У меня тоже не было однозначного решения.

— Вы можете всё.

Я усмехнулась такой постановке. Но был ещё один вопрос, который мог сразу повлиять на моё решение.

— И такой вопрос, генерал. Если мы поженимся, вы же не станете запрещать мне лечить?

Лаэрт тяжело вздохнул.

И я решила подтолкнуть его:

— Что бы вы сделали, генерал, если бы вам запретили летать?

Он нахмурился.

— Вы можете быть спокойны. Я не буду вставать между вами и вашими пациентами. Только если это не будет для вас опасным.

— А что вы думаете насчёт Лиама? — сказала я.

— Это первый ребёнок, который не боится меня. А ещё он с удовольствием берёт мою магию. Поэтому если вы не будете против, то Лиам получит моё имя.

Я не стала обещать, когда дам ответ, потому что сама не знала.

Предложение генерала было весьма неожиданным. Хотя где-то подспудно я подозревала, что мой вопрос про брак с княжной может привести к такому.

Но официальный брак?

Одно я знала точно: моя жизнь снова готовилась сделать поворот.

Генерал Лаэрт

Он и сам не знал, что с ним происходит.

И будь он уверен в том, что не подвергался никакому воздействию, он бы подумал, что его заколдовали.

Кровь бурлила в венах, а проклятие практически не ощущалось.

Да, она не ответила ему, но она обещала подумать. Вот только…

Вот только был один тонкий момент, который во время разговора с ней показался ему несущественным.

Но одно дело, когда он находился рядом с императором, и тот боялся его непредсказуемости и того, что ему плевать на собственную смерть, а другое дело, когда он в неделе пути.

А если смотреть с точки зрения повиновения императору, то у него был чёткий приказ, который он не должен был проигнорировать. Он должен был жениться на дочери князя Шеханира.

И генерал Лаэрт активировал артефакт прямой связи с императором.

Когда он увидел лицо императора, то поразился, насколько тот плохо выглядит.

— С вами всё в порядке, ваше императорское величество? — спросил он.

Император закашлялся, но, видимо, активировал целительский амулет, потому что по его лицу прошла световая волна, и он снова стал тем, кого все привыкли видеть, — мужчиной средних лет с уверенным холодным лицом.

— Но ты же связался со мной не для того, чтобы узнать, как я себя чувствую. Нет? Рассказывай, как в Шеханире. Добрался без проблем?

— Почти, — сказал генерал. — Была пара небольших стычек.

— Да, но мне доложили, что основной зачинщик сбежал. И не просто сбежал, а говорят, что при помощи какой-то целительницы, которую ты отобрал у барона Мирбаха. Что за целительница? Хорошенькая?

— Обычная, — глухо ответил генерал, лихорадочно размышляя, кто из его офицеров такой разговорчивый и настолько шустрый, что так быстро всё докладывает во дворец.

Параллельно он размышлял, каким образом доложить императору, что он не собирается жениться на княжне Шеханира.

— И как она тебя лечит? — всё так же с пошлым подтекстом спросил император.

— Ваше величество, я желал бы заключить брак, — неожиданно даже для себя самого выпалил генерал, которому стал крайне неприятен этот разговор, особенно в таком тоне, — но не с княжной Шеханира.

Император нахмурился.