Её губы такие мягкие, податливые. Забываю обо всём, кроме неё, кроме этого момента. Саша отвечает на поцелуй с такой страстью, что у меня перехватывает дыхание. Я думал, разучился чувствовать. Думал, что я уже всё попробовал в этой жизни, а сейчас трясусь в лихорадке как юнец. С трудом сдерживаюсь, чтобы не сорвать с ней просто штаны и одним рывком войти в неё…

Её руки в моих волосах, её дыхание на моей коже – всё это пьянит, заставляет забыть о правилах, о мечтах, о всём мире.

Я кладу её на кровать, не отрываясь от её губ. Она такая хрупкая, такая нежная. Кажется, что я могу сломать её одним неверным движением. Но в то же время в ней столько силы, столько огня.

Я расстёгиваю её куртку, снимаю. Она смотрит на меня, ждёт, что я сделаю дальше. В её глазах я вижу своё отражение – голодного, жаждущего, отчаянного.

Тишина давит на уши, прерываемая лишь нашим сбившимся дыханием. Я должен остановиться. Должен одуматься. Но не могу. Не хочу.

– Саша… – шепчу её имя, и оно звучит как молитва. Провожу губами по её шее, оставляя лёгкие поцелуи и влажный след. Она вздрагивает, и это заводит меня ещё больше.

Сбрасываю с себя космийку, не отрывая взгляда от её глаз. Вижу в них и страх, и любопытство, и… желание. Подхватываю край её космийки и тяну вверх. В этот раз она не сопротивляется. Только смущённо прикрывает красивую грудь руками. С трудом подавляю стон, когда вижу, как она сжимает свою грудь и эти налившиеся розовые соски.

– Не закрывайся, – шепчу я, вместо голоса сплошной хрип. Отвожу её руки в стороны. Сжимаю запястья. Она слишком красивая для меня. Слишком нежная и как будто нереальная.

Прикасаюсь кончиком языка к её соску слегка. Она судорожно вздыхает и прикрывает глаза. Это срывает все тормоза. Целую её белую кожу, обвожу языком ореолу. Саша глухо стонет. Вбираю её сосок. Он твёрдый, крупный, не удерживаюсь и прикусываю. Саша вскрикивает, смотрит обиженно. И я тут же зализываю покрасневшее место. И ласкаю грудь уже нежнее, пока она снова не забывается.

Расстёгиваю ремень на её брюках и стягиваю их с бёдер и ног. Теперь она полностью раздета. На секунду приподнимаюсь над ней, чтобы рассмотреть её лучше, с ума сводящей линией её бёдер, набухшими и жаждущими нижними губками. И снова стоит мне только отвлечься, она начинает закрываться. Сдвигает ноги, закрывает грудь рукой, глаза стыдливо отводит в сторону.

– Я просто любуюсь тобой, – пытаюсь успокоить её, смотрю ей в глаза. Но там столько смущения. Не понимаю, чего здесь стыдиться. Красивейшее тело. Другая бы напоказ все свои достоинства выставила. А Саша стесняется. Обхватываю её подбородок рукой, заставляю посмотреть на меня.

– Ты красивая, Саша. Очень красивая.

Чувствую, как она прикасается ко мне, и замираю. Лёгкие прикосновения, её нежные ладошки скользят по моей груди. Поднимаются к плечам, поглаживают их и снова спускаются вниз, к животу. Мне требуется вся выдержка, чтобы не испугать её своим порывом. Заставляю себя считать 1...2...3..., чтобы не сорваться. А миниатюрные пальчики уже пытаются расстегнуть застёжку на штанах. Помогаю ей. И пальчики продолжают своё исследование. Стягивают с моих ягодиц штаны, сначала нерешительно, потом смелее спускаются к виновнику моей одержимости и несдержанности.

Вцепляюсь в покрывало рукой, когда она обхватывает член. Её личико вытягивается то ли от восхищения, то ли от удивления. Прохладные ладошки сжимают член и скользят по нему вверх и вниз. Поражаюсь, как невинность и смущение во взгляде смешиваются с её довольно умелой лаской. Будто она не первый раз это делает. Если она не прекратит, я просто кончу, не начав, как девственник. Приходится остановить её.

Наклоняюсь, целую, чтобы она перестала быть такой резвой и любопытной. В следующий раз малышка. В следующий раз... И когда она забывается, просовываю колено между её ног, раздвигаю их чтобы, наконец, занять место, о котором я мечтаю каждую ночь. Ласкаю пальцами её складочки, проверяю, готова ли она.

Да, готова. Влажная, истекающая соком...погружаю в неё сначала палец. Узкая. Чересчур узкая. Ещё на корабле это понял. Вставляю два пальца и кажется, что это предел. Как в неё войти, чтобы не порвать. Хочется сделать всё максимально нежно. Растягиваю её, Саша выгибается мне навстречу, бёдрами вперёд подаётся. Готова. Приставляю головку к дырочке. Надавливаю. Сжимаю её в руках. Чувствую, как напрягается.

– Расслабься, – шепчу ей в губы.

– Нет, – мотает головой. – Отпуусти, больно.

А я уже ничего не могу с собой сделать. Мозг понимает, что она испугалась, а тело требует погружения.

– Малышка, прости. Не могу.