Елизавета. Тайна опального рода Страница 57 из 78
Скорость
7
Главы
0%
Страница 57 из 78

Я опустошенно смотрела ему вслед. Ночь в пустом доме, плечо к плечу на полу, поцелуй при догорающей свече, все это, видимо, осталось там, в той деревне, и сюда, в академию, с нами не вернулось. Я это понимала. Это было правильно. Здесь академия, здесь люди, здесь у каждого своя роль и свое место.

Понимание это нисколько не помогало.

- Лиза, - позвала Аня из аудитории, - три минуты до звонка.

- Иду.

День прошел в лекциях, конспектах и почти бесплодных попытках думать о том, что говорили преподаватели, а не о медальоне, который покачивался при каждом шаге. На последней паре профессор Раттенмайстер вызвал меня к доске, я произнесла заклинание и получила нечто среднее между дымом и мелкими синими искрами. В аудитории зашептались. Профессор посмотрел на меня с тем выражением, с каким смотрят на задачу, которая не вписывается ни в одну известную категорию, и произнес: "Занятно". Да уж, действительно занятно.

Ужинали втроем. Алекс сидел со своим курсом, в разговор нашего стола не вмешивался и в нашу сторону не смотрел, во всяком случае, я не замечала.

Вовка за ужином был чуть не таким, как обычно. Трудно было бы объяснить, в чем именно: он так же отвечал, когда к нему обращались, так же аккуратно ел, так же поправлял очки. Но несколько раз я перехватила его взгляд, быстрый, оценивающий, вот только встретившись со мной глазами, Вовка тотчас смущался и принимался с утроенным интересом разглядывать содержимое своей тарелки. Я решила, что он все еще беспокоится из-за медальона. Вовка вообще привык держать все под контролем, а медальон в эту схему не вписывался.

После ужина Аня объявила, что идет в душ, а потом разбирать конспект: завтра проверочная, и подруга собиралась как следует к ней подготовиться. Мы же с Вовкой собирались заглянуть в библиотеку.

- Подожди, - вдруг попросил он.

Я остановилась. Он огляделся зачем-то и понизил голос:

- Я сегодня кое-что нашел. В нижнем архиве.

- Что именно? - насторожилась я. Нижний архив был таким местом, куда просто так не заглядывали, но Вовка, с его дотошностью, частенько и там засиживался.

- Там нужно смотреть самой, не здесь. Документы под артефактным замком, их нельзя трогать руками, только читать на месте. Я думаю, там письма. Письма твоих родителей, Лиза. До того, как все произошло.

Письма.

Я смотрела на друга. В полутемном коридоре он выглядел совершенно обычно: бессменная жилетка, очки, серьезное лицо. Вовка был таким же, каким я его знала всегда: надежным, осторожным, думающим Вовкой Казанцевым, который никогда ничего не делал наспех.

- Когда? - спросила я.

- Сейчас. Аня занята, архив по расписанию пустой, я проверял.

Я помедлила секунду. По какому-то странному правилу в архиве могло находиться только строго определенное количество народу. Вряд ли во всей академии было достаточно энтузиастов, готовых сидеть там денно и нощно, но все-таки...

- Хорошо.

Нижний архив располагался под главным корпусом. Я знала о его существовании, но бывать там не приходилось. Вовка шел уверенно, как к себе домой. Впрочем, дом у Вовки и впрямь был везде, где можно было найти интересную книгу. Мы спустились по боковой лестнице, потом еще ниже, в коридор с низкими каменными сводами, где масляные светильники горели через равные промежутки и пахло старой бумагой, пылью и чем-то металлическим, похожим на запах давно проржавевшего железа.

Я в какой-то момент заметила, что медальон стал теплее. В конце коридора Вовка толкнул тяжелую дверь. Зал за ней был небольшим: стены из темного камня, полки с ящиками и пергаментными свитками, длинный стол посередине. И у стола стоял человек.

Я остановилась. Что-то мне подсказывало, что это не библиотекарь...

Немолодой, лет шестидесяти, невысокий, плотный. Темный сюртук без украшений и знаков родового отличия. Волосы когда-то, наверное, были русые, а теперь совершенно седые. Лицо спокойное, почти безразличное. Глаза светлые, почти бесцветные, такие бывают у людей, которые научились ждать столько, сколько нужно, или просто разочаровались в жизни.

Я обернулась к Вовке. Друг почему-то смотрел в сторону.