– Да, но я не умею ею пользоваться. Запирала парадную дверь на магический засов. Мне хватало.

– Сейчас придется активировать все, что есть в доме, – отвечаю я.

А потом, если Боги позволят, приедет Шраус. Он солдат, вместе с Сэмом они обеспечат нашу безопасность.

Как же я ненавижу бывшего мужа, как презираю и, признаться, опасаюсь. Он страшен, хитер, способен на любую подлость.

– Нам придется тянуть генерала в одиночку, – произношу я, глядя на огромное тело Марко.

– Ох… – на этот раз Нэнси действительно пугается.

Я тем временем беру его под мышки, Нэнси хватает за ноги. Приподнимаем… Боги, какой же он тяжелый! Придется тащить волоком.

– Осторожно с ногой! – выдыхаю я. – Она сломана!

Нэнси кивает, стиснув зубы. Лицо ее краснеет от напряжения.

Мы движемся медленно. Мое плечо пылает, но я слежу, чтобы генерал не бился головой.

Наконец добираемся до спальни. Еще одно усилие, и взгромождаем его на кровать. Кажется, руки сейчас оторвутся.

Я падаю на стул, тяжело дыша. Нэнси хватается за спину и охает, поглядывая на генерала все с тем же страхом в глазах.

Марко слегка подергивается, и я подскакиваю на ноги, склонившись, проверяю пульс, дыхание. Ему как воздух необходима регенерация, чтобы восстановить переломы и внутренние органы.

Мягко кладу ладонь ему на грудь, туда, где под ребрами пульсирует резерв. Он у всех драконов там, подле сердца.

И у Марко он съеден чужеродной силой.

Остатки магии двигаются неправильно. Не текут по каналам, не питают органы.

Сила бурлит и крутится в водовороте, заключенная в одной точке. В резерве.

Блокировка. То, что не вытекло во время ранения, дракон запер внутри, чтобы выжить самому.

Отдергиваю руку. Негромко шиплю, потирая собственное плечо. Неужели удаленная метка дала осложнения?

Боги, я совсем не слежу за своим здоровьем.

Впрочем, мысли тут же перескакивают на раненого. Шрам на шее выглядит воспаленным, но больше не светится. А множественные ранения хоть не кровоточат, но начинают чернеть.

Стазис должен был остановить эти процессы, дать Марко дождаться приезда хирурга, но его дракон нарушил заморозку.

А резерв придется очищать. Вырезать пораженные ткани. Это хирургическая операция – сложная и опасная. В Драполисе таких не делают. Драконы считают, что резерв чисто магическая “священная” материя, которую нельзя трогать.

Но я в больнице св. Космы наблюдала за больными и много читала.

Резерв – это орган, как ни крути.

Операция потребует вскрытия грудной клетки. Нужно будет добраться до резерва, не повредив сердце, легкие, крупные сосуды.

Потом – сшить его магией. Это ювелирная работа и ассистировать хирургу смогу лишь я, потому что…

Ох, в больнице св. Космы пришло понимание, что резерв видят не все. А я вот вижу, возможно, благодаря фамильному дару.

После нам понадобится запустить циркуляцию магии, “перезагрузив” резерв, чтобы он снова стал восполняться сам.

Я закрываю глаза и начинаю вливать свою магию в стазис, укрепляя его стенки. Я не просто замораживаю тело генерала, а буквально наваливаюсь всей своей силой на бьющегося в клетке зверя.

Лишь бы справиться.

– Ну же... – шепчу я хрипло. – Спи. Я не враг. Я пришла забрать твою боль.

Сопротивление тает. Стазис постепенно из тонкой вуали превращается в тяжелую плиту, но усмирить дракона Марко получается только так.

Нэнси встревоженно наблюдает за мной, а я уже еле держусь на ногах. Виски покрываются капельками пота.

– Пойдемте, включим всю защиту, что у нас есть, – слабо улыбаюсь ей. Во рту сухо.

Мы обходим дом и, читая инструкции из папки, я нахожу все встроенные в стены артефакты. Кручу камни определенным образом, поднимая вокруг особняка магическую стену.

– Дракон так неожиданно заявился, – оправдывается Нэнси. – Мы привыкли, что он хозяйничал тут годами, вот и не посмела я его прогнать.

– Ничего страшного, Нэнси.

– Вы будете обедать?

– Принесите мне еду в комнату, – прошу я.

Оказавшись в спальне, я в первую очередь расстегиваю платье и становлюсь перед зеркалом. И тут же вскрикиваю, но уже не от боли, а от удивления.

Что это такое на моем плече, Боги?!

По моему плечу расползается паутина – тонкие “ниточки” светятся морозным серебром под кожей.

Это нечто чужеродное и оно именно внутри.

В первый момент я ощущаю панику, поскольку совершенно не понимаю, что со мной приключилось. Неужели я какую-то магическую болезнь подцепила, Боги?

Осторожно дотрагиваюсь пальцами до странной паутинки, а она рассыпается и начинает складываться в узор. И это уже не паутинка, а побеги какого-то растения, живущего под моей кожей и рвущегося наружу.