Она тащит волоком сумку и присоединяет ее к таким же, выставленным в коридоре штабелями.
— Ольга? Что ты здесь делаешь?
Расслабленно выпрямляюсь.
— Добрый вечер, Тимофей. Я уже почти закончила, — улыбается она. — Все готово к отправке.
— Что готово? Ты на время смотрела?
— А… Вы про это… Ерунда, ничего страшного. Не хотела на потом оставлять. Все равно вечер свободный, решила добить начатое. Извините, если помешала.
— Объясни… Что за…
— Дарья попросила собрать все ее вещи. Причем, срочно. Требовательно так, — вздыхает Ольга. — Как я могла ей отказать? Вы же еще женаты и…
Значит, она решила забрать все свои вещи.
Причем, так скоро, что решила заставить работать прислугу допоздна.
Ночь на дворе!
— Говоришь, закончила?
— Да, почти. Еще на кухне вымыть посуду осталось и…
— Оставь.
— Ой, нет, не могу. Я вам ужин приготовила, чаек заварила. Если мясо остыло, просто разогрейте. Жаркое со специями, — нахваливает свою стряпню Ольга.
— Сам справлюсь. И посуду в посудомойку я загрузить способен. Можешь идти. Такси тебе вызвать?
— Да, если несложно. А насчет вещей не беспокойтесь, завтра я их отправлю по нужному адресу.
Я называю адрес дома, где живет мама Даши, в ответ Ольга разводит руками:
— Дарья еще не сказала адрес. Такое чувство, будто она не хотеела говорить заранее.
Может быть, и так.
Между нами все плохо.
Даша сказала бы: все кончено!
Именно об этом она кричала мне с самого первого мига, как только узнала об измене и ребенке на стороне.
— Ладно, присядь. Адрес свой назови, я организую тебе такси.
— Вы так щедры, — умиляется Ольга. — Дай бог здоровья вам и вашему будущему ребеночку. Кстати, как она поживает? Ваша малышка… Имя уже выбрали?
Отвечаю сдержанно. Благо, сегодня приложение такси радует тем, что заказ приняли и обработали быстро, несмотря на поздний час. Ольга собирается, уходит.
***
К ужину едва притронулся, посуду лениво сгрузил в посудомойку. Позвонил приятель, руководитель клиники. Костик все ссытся, как бы последствия сделанного на нем не сказались… Поэтому пробивает информацию под видом дружеского участия и простой беседы.
Я устал.
Устал от этих игр и собственной лжи тоже устал.
Вымотался.
Как я и дальше собирался жить, если меня и на весь срок беременности не хватило.
Заврался так, что тошно, выхода не вижу.
Кругом лишь стены. Я в тупике…
Дом полон пустой, мертвой тишиной.
Но меня не оставляет чувство, странное и необъяснимое, будто я в доме не один.
Присутствие постороннего почти осязаемо…
Или я просто слишком взвинчен.
***
Пытаюсь уснуть.
Сон давит на грудь. Но мысли мечутся беспокойно…
В итоге, когда я все-таки засыпаю, мне сначала снится какая-то белиберда. Сплошная путаница: дом. работа, друзья — все в перемешку.
Потом картинка резко меняется.
Я вижу дом.
Свой дом…
Этот самый дом, в который я вложил много времени, денег и сил.
Я будто возвращаюсь откуда-то. С работы или с магазина. Неважно.. У меня в руках пакет, который весит, кажется, целую тонну, оттягивает руки.
Бреду к дому.
Знаю, что это мой дом.
Но с трудом его узнаю: всюду царит запустение, стены потрескались, штукатурка висит лохмотьями.
Из крана противно капает вода.
Я что-то делаю, передвигаю, накладываю себе поесть из кастрюли на плите. Но когда подношу ложку ко рту, вдруг понимаю, что она пуста.
Ничего нет.
Горло раздирает жаждой.
Живот крутит от голода.
Все сильнее и сильнее. Но я не могу ни поесть, ни попить…
Вода капает и капает.
Мои пальцы скользят по крану, я не в силах его открыть.
Смотрю на собственные пальцы: они узловатые, в пигментных пятнах и морщинистые, словно мне лет восемьдесят или даже больше.
Обессилев воевать с краном, я тащусь через всю комнату к окну.