– Станет как миленький, – возразила она. – Представьте меня ему своей новой экономкой и не позволяйте оскорблять. Остальное – моя забота.

Женщина соскочила на пол и зашагала к лестнице. Олквин проследил взглядом, как она поднимается, и задал вопрос, пришедший ему в голову еще накануне:

– Зачем вам это нужно?

Джелайна остановилась и нехотя произнесла:

– Поначалу я все ждала, что вот-вот вернусь. Чувствовала себя гостьей. Но вот уже прошла неделя… – Она вздохнула. – Что мне остается? Просто жить. А чтобы выжить здесь, стоит помогать в выживании тому, кто меня приютил.

* * *

Сборщик налогов приехал ровно через восемь дней, как и предполагалось. Олквин подозревал, что тот прекрасно осведомлен о том, что феодал должен был оставить Сентин еще накануне. Удивление и растерянность чиновника при встрече с капитаном подтвердили эту догадку.

Бенвор не стал церемониться и сразу выложил все претензии, пригрозив, что затеет тяжбу и обратится напрямую к принцу Майрону. Все решилось очень быстро. Сборщик не мог вернуть все немедленно, но обязался вычесть переплаты из налога этого года. Похоже, он и в этом случае не опасался остаться внакладе. Прежде чем приступить к пересчетам, Джелайна усомнилась в законности уплаты налогов капитаном действующей армии. Выслушав пространные и весьма путаные оправдания чиновника, она отозвала Бенвора в сторону и заявила:

– Это все-таки незаконно. Но посмотрите – он ничуть не боится. Выходит, вся эта грабительская система поощряется властями. Отличная награда за верную службу, ничего не скажешь.

Потом она принялась уверенно спорить со сборщиком, отстаивая свои расчеты. Олквин узнал еще одну новость, на этот раз приятно удивившую: Джелайна бегло читала записи чиновника. Она легко ориентировалась в маловразумительных формулировках и ловко составила новый расчет. Вычеты сразу превзошли всю нынешнюю сумму, а еще оказалось, что Сентину совсем не придется платить налоги целых четыре года. Чиновник дважды придирчиво сверял каждую цифру, потом недовольно вздохнул, признавая свое поражение, и полюбопытствовал, откуда леди приехала в Сентин, ведь он-то точно знает, что нигде в Хорверолле женщин так не учат. Джелайна не стала утруждать себя ответами на его вопросы, попрощалась и ушла к себе.

Когда сборщик уехал, Платусс с гордостью похвастался капитану:

– Это я обучил леди хорверской грамоте.

Бенвор от души похвалил его.

– Она сама попросила, – добавил управляющий. – Знаете, милорд, я никогда еще не видел, чтобы кто-то выучился прекрасно читать и писать всего за девять дней.

– Ну и что, Платусс? Она умела это и раньше, просто на другом языке.

– А вы видели, как она считала? – оживился старик. – Это было представлением для сборщика! На самом деле мы все подсчитали заранее. У леди Анерстрим необыкновенная память.

– Охотно верю, – улыбнувшись, кивнул Бенвор. – Я уже… наслышан о ее способностях.

– Леди и так считает очень быстро, но тогда бы сборщик сам не понял ее записей. Она использует иной способ счета и уверяет, что наш – устарелый и неудобный. – Платусс вздохнул, сворачивая пергаменты. – Я собирался попросить ее научить меня, да боюсь, не разберусь. Стар я уже для таких занятий.

– Если принц не затеет наступление на Анклау, – с надеждой произнес Олквин, – то появится возможность приезжать сюда чаще и надолго. Тогда у меня будет оставаться больше времени, и я смогу наконец добраться до книг. Может, леди Анерстрим и меня научит быстрому счету?

– Леди брала книги из библиотеки вашего отца, – сказал Платусс, поджав губы. – Те, что вы забрали сюда.

– Пусть читает, – кивнул Бенвор и присмотрелся к управляющему повнимательнее. – Ты расстроен? Почему?

– Потому что это – серьезные книги, милорд! Обстоятельные научные труды! – нижняя губа Платусса дрогнула. – А она читала – и смеялась над ними!

– В самом деле? – удивился капитан. – Пожалуй, не стоит больше жалеть, что я не успеваю их прочитать. Сперва стоит узнать ее мнение. А ты не расстраивайся, Платусс. Сам ведь уже убедился, что леди Анерстрим – необычная дама. Я завтра уеду, а она останется здесь. Прошу тебя, не удивляйся ничему, и прислушивайся к ней хоть иногда. Ее знания могут быть очень полезны для нас.