Через два месяца она все-таки встретилась с Тимми и предпочла простого парня лорду-дракону.

— Не смог, значит, Маркус её завоевать, даже свою истинную? — задумчиво спрашивает Мэлли. — А вот так разве может быть в этом мире? Ведь истинность — она же навсегда. Её же нельзя заменить, сломать. Как же в твоём случае произошла замена истинной?

— Я и сама все время об этом думала, — говорю я, — почему в итоге настоящей истинной стала я, попаданка, а не Ларика. И у меня только один ответ на это напрашивается.

— Какой?

— Что этот древний, совершенно волшебный мир, в котором мы сейчас все очутились, управляет истинностью. Если этому миру что-то грозит, он разыскивает своих древних вэлби в других мирах, чтобы они пришли на помощь.

Помолчав, добавляю:

— В том числе ищет их и в нашем мире, и направляет сюда, в роли истинных для высших драконов. И даже заменяет их, как произошло в моем случае.

— Как все невероятно сложно, — размышляет Мэлли, — но ведь это значит, что когда-то очень-очень давно этот мир переместил души вэлби по разным мирам. Иначе ему негде было бы их брать.

Умница она, Мэлли, зрит, как говорится, в корень. Недаром она королева.

— Да, — говорю я, — и у меня было видение об этом, — вспоминаю я свое ночное видение.

Про ту древнюю битву, когда погиб король Джордан, завещая дочери Даре хранить этот мир.

И я рассказываю девушкам то, что видела тогда. Как погибали голубые маги и погиб древний король Джордан Вэлби, на которого сейчас так похож Дэб Бароу. Его последние слова были: “Живи в веках, Вэлбитерра!”. Его мысли были о дочери Даре.

Делюсь своими мыслями, что, видимо, те сотни магов с голубыми руками, державших купол тысячу лет назад, погибая в комках стрел от чернородцев, смогли сохранить свои души. А древний мир раскидал души голубых вэлби по разным мирам.

Так что мы не случайно здесь оказались. Нет, не случайно. В каждой из нас течет кровь древних вэлби.

— Как все сложно, — говорит Дэлия, — мир просто невероятный, и даже через тысячу лет сам себя защищает. И, получается, у нас особая миссия. Мы для этого сюда попали. Разными путями, но чтобы её выполнить.

— И мы её выполнили, — размышляет королева, — по крайней мере на данном этапе. А чтобы сохранить этот мир дальше, нужно находить других вэлби. Передавать свои знания дальше. И тут идея с Академией магии вэлби очень важна.

Все согласно киваем головами.

Мы как бы прошли по кругу воспоминаний, и в этом разговоре трех вэлби поняли и приняли, кто мы на самом деле.

Для чего попали сюда, в это древний мир магов и драконов.

Поняли, в чем наша миссия.

— А где сейчас Ларика и что с ней? Что происходит с теми, кто перемещается в наш мир? — снова возвращается к своему вопросу Мэлли.

— Она живёт там вместо меня, в моем теле. Ей не очень повезло с этим, в отличие от меня, — грустно говорю я.

— Ой, да не беспокойся ты ни за неё, ни за тело, — смеётся Мэлли, — она же маг, и быстро твоё тело сделает идеальным.

Смешливая она такая, Мэлли. Недаром юмористом работала в редакции.

— Это я просто про детей своих вспомнила, — с тоской в голосе говорю я.

И далее я рассказываю, что Ларика в момент перемещения насильника встретилась там с моей дочерью Лизой. Это я точно знала. А это значит, что она в том мире не одна, а с моими детьми.

— И с Тимми, — добавляю я.

— Так ты туда ещё и Тимми отправила? А как смогла? Какой магией? — это целый ряд вопросов от Дэлии. У неё несколько типов магий, насколько я знаю, и ей все это очень интересно.

— Получается, что портальной. Тимми я отправила в наш мир через свое кольцо, которое насильник снял с моего тела, когда туда перемещалась Ларика. Поскольку это был магический момент, то кольцо получило свойства портала.

Помолчав, продолжаю:

— По крайней мере, не вижу другой причины, почему оно стало порталом. Я свое кольцо потом отобрала у насильника Кречетова. И отправила потом через него Тимми к Ларике. Правда, у меня так один раз только получилось отправить.

— А сама ты не захотела разве вернуться? Почему? У тебя такая возможность была! Единственная! — это уже Мэлли интересуется.

Каждый из нас внутренне тоскует по своим близким, и наверное, предпочёл бы с ними встретиться, вернуться.