А шевелюра у бабушки Алики в молодости действительно была пышная, видела на снимках. Я невольно рассмеялась, живо представляя трехсотлетнюю бабулю Ефросинию, с абсолютно лысой головой, усыпанной все теми же блестками. Получилось нечто воистину… сюрреалистичное. Нет, такое лучше не представлять даже в самых смелых фантазиях. Передернув плечами, я поежилась от неприятного ощущения, когда в дверь снова нетерпеливо постучали, заставляя старенький колокольчик над входом мелодично зазвенеть. На пороге стояла молоденькая девушка в простеньком холщовом платье, с большой плетеной корзиной свежайших трав в руках.
— Госпожа Кэрра, — робко поклонилась она, с опаской поглядывая на ухмыляющуюся Айсель. В прошлый раз моя саламандра умудрилась довести бедняжку до продолжительной икоты, незаметно пробравшись в любимые травки и коварно заморозив их прямо там, в корзине… вместе с самой корзиной и, о ужас, с руками девушки. Что поделать, любит она свежую мяту всем своим ледяным сердцем и готова на любые опрометчивые поступки, дабы завладеть лакомством. — Я принесла утренний заказ от госпожи Миры. Травы, как всегда, отобраны лично.
— Спасибо, Амелия, — только и успела сказать, как лукошко подозрительно быстро перекочевало в мои руки, а юная травница начала медленно пятиться к выходу, глядя огромными испуганными глазами на внезапно вставшую в боевую стойку Айсель. — Передай Мире мою благодарность.
Девушка икнула, торопливо кивнула и шустро испарилась за дверью, а мы переглянулись и тихо рассмеялись. Моя любимая саламандра хоть и весьма ласковая, добрая, но отказать себе в мелких проказах не может. Особенно, если реакция на её детские выходки такая яркая и искренняя.
Пока я разбирала свежие травы, аккуратно раскладывая их по специальным ящикам с названиями и температурным режимом, Айсель с жадным любопытством, гастрономического плана любопытством, наблюдала за моими манипуляциями.
— Ну вот, опять всё самое лучшее, для этих твоих любимых клиентов, — картинно вздохнула она, обиженно надувая щеки. — А как же маленькая и всеми забытая Айсель? И вообще, я считаю, ты слишком добра к нашим посетителям. Некоторые из них того не стоят.
— Зависть, Айсель, не самое светлое чувство, — мягко улыбнулась я, поддев мелкую вредину. — Каждый заслуживает немного внимания, тепла и нашей поддержки. Даже если порой кажется, что в этом нет абсолютно никакого смысла.
— Да на здоровье, — фыркнула она, но тут же многозначительно и выразительно посмотрела на уже разобранные травы. — Но травки мои любимые, как попали в этот список? Хочется делать добро? Делись и вниманием, и теплом, и прочими эфемерными штучками, но травы… травы могла бы и своей единственной любимице отдать.
— Угу, конечно, чтобы ты сразу их все умяла и от переизбытка внезапного счастья заморозила весь город? — усмехнулась я, припомнив один весьма забавный случай из недавнего прошлого.
Айсель на мгновение смутилась, отводя взгляд, но потом быстро взяла себя в лапы.
— Между прочим, это было всего один раз! И вообще, ледяная мята — это как… как… — она задумалась, явно подыскивая подходящее сравнение. — Как свежий мед для голодного медведя. Перед этим божественным ароматом просто невозможно устоять. И уж тем более улежать или усидеть на месте…
— Ага, а последствия потом расхлебывали все жители северной части города, — хмыкнула, вспоминая, как в срочном порядке пришлось варить мощное антиобледенительное зелье для местной пекарни. — Помнишь, как господин Хэмпл возмущался, что все его свежайшие булочки превратились в замороженные скульптуры? Они были несомненно искусными, словно работы великого мастера, но…
— Зато эти самые скульптуры потом раскупались как эксклюзивная лимитированная партия прямиком перед самым Новым Годом, и, между прочим, в три раза дороже, — гордо парировала Айсель, её чешуя заискрилась от удовольствия при ярком воспоминании. — «Булочки от саламандры» — звучит вполне оригинально и заманчиво, правда?
— Звучит… как смертельны приговор для моего и без того тощего кошелька, — вздохнула я, поправляя стопку заказов. — Ладно, не дуйся. Я отложу для тебя немного твоей любимой морозной мяты, но только самую малость. И под моим чутким присмотром, чтобы избежать повторения ледникового периода локального масштаба.
— Вот это совсем другое дело! — просияла Айсель, радостно виляя своим длинным чешуйчатым хвостом. — А можно мне ещё совсем чуть-чуть волшебного кристалла-зимы? Просто посмотреть, обещаю!
— Только посмотреть, — строго предупредила я. — И никаких экспериментов с магией без моего ведома. Иначе пеняй на себя, поджигательница ты моя.