Мне показалось, что мальчишка с недоверием посмотрел на меня. Но у него явно был «железный» характер. Он встал, было видно, что ему тяжело и больно. И вот он уже полез по дереву. Когда он действительно долез до того места, где я могла его ухватить, я поняла, что силы у него кончились, мальчик вдруг весь побелел, глаза начали закатываться. Но я уже схватила его под плечи и потянула на себя. В какой-то момент мне показалось, что я его не удержу, потому что земля на краю ямы была скользкая. И хорошо, что мальчишка окончательно обмяк только тогда, когда уже наполовину его тело было наверху. Я оттащила его подальше от края, и рухнула сама, чувствуя, что и у меня тоже силы закончились. Немного полежала, но разлёживаться времени не было. Надо было посмотреть, что там с раной у мальчишки, а то вытащить его только для того, чтобы он тут умер от заражения крови, это совсем было бы плохо. Я открыла рубашку, уже прилипшую к разодранному боку, и увидела, что рана хоть и не сквозная, но задеты мышцы. Нужна была хотя бы вода, чтобы промыть. Я стала оглядываться, присматриваясь к тому, что растёт, и посмотрела на Лорика. «А что, вдруг он знает?» — подумала я, понимая, что, наверное, схожу с ума, раз рассчитываю, что собака покажет мне, где вода.

Но выживают не самые умные и сильные, а те, кто умеет лучше всех приспосабливаться. Поэтому, если надо спросить у собаки, то почему бы и нет?

- Лорик, здесь есть родник или речка? - спросила я.

И вдруг собака встала и снова посмотрела на меня, мол: «Пошли, я тебе покажу»

Я пошла за Лориком. Буквально через несколько метров он привёл меня к небольшому холму, из которого бил родник

- Ты ж мой хороший... сказала я. Какая же ты умная собака.

Лорик довольно помахал хвостом.

Я напилась сама, чувствуя, как немного отпускает горло. Помечтала, чтобы и голова хоть немного перестала болеть, а раненая рука пульсировать.

Потом подумала: «А в чём бы отнести воду?»

Увидела большой кусок коры, которая отошла от дерева. Оторвала его окончательно и использовала как миску.

Глубины этой «миски» едва хватило только на то, чтобы промыть часть раны мальчика, и мне пришлось сходить три раза. Но, в конце концов, рана была промыта. Я ещё порадовалась, что мальчишка лежит без сознания, по-хорошему рану надо было бы зашить, но у меня ничего не было с собой.

Возле родника я увидела цветки зверобоя, почему-то тысячелистника здесь не было, но в памяти всплыло, что зверобой обладает ранозаживляющими свойствами. Я нарвала цветков, подавила их руками и заложила рану, затем крепко замотала самодельными бинтами, оставшимися от платья, выданного мне «великими воинами» в женском доме.

Я посидела около часа, наблюдая за мальчиком, разожгла огонь, набрала еловых веток, сложила из них лежанку, перетащила пацана, который не просыпался, видимо, всё-таки, потерял много крови. Через какое-то всемя стало понятно, что мальчишка, похоже, уже просто спал, и тогда я рухнула сама.

Перед глазами снова всё кружилось, голова страшно болела, тело ломило. Последняя мысль, которая мелькнула: «Я всё-таки ещё и заболела.»

Прокуратор

– Там не было трупа, – доложил трибун, вытянувшись в струну.

– Оттуда вытекает большая река? – усмехнувшись, спросил я.

– Нет, – ответил трибун, вытянувшись ещё больше.

– Там водится зубастое чудовище? – начал терять я терпение.

– Нет, – снова коротко ответил он.

– Тогда, где же тело?! – нахмурился я.

– Там не было тела, – повторил трибун.

– Вы осмотрели местность вокруг озера? – я уже ни в чём не был уверен, если она смогла убить Ламию, то, может, и в смертельном прыжке выжила.

– Да, Прокуратор, – наконец-то трибун заговорил, как и следовало, – мы нашли следы, они вели в лес.

Я подумал: «Она всё-таки Фрейя... Так и тянет её в лес. И ты смотри, как кошка. Выжила после столкновения с химерой, после прыжка со смертельной высоты, и пошла к лесу.»

Это становилось всё более интересным. Я ощутил азарт охотника. Да, я всё ещё злился на неё за то, что она убила Ламию, но теперь мне хотелось узнать, кто она, гораздо больше, чем убить её.

– Так почему ты ещё здесь? – спросил я. – Возьми два отряда наиболее толковых местных и прочешите лес. Загляните под каждый пенёк, она мне нужна. Здесь. Живая.

Трибун вскинул руку, прижал её к сердцу и быстрым шагом вышел из зала. Сегодня я не мог принять участие в этой охоте, мне надо было быть в другом королевстве. Дел было невпроворот, но это только начало, но сейчас идут первые и оттого как мы всё сделаем зависит каким станет этот мир. Но я был уверен, что через десять лет дороги Доминиона будут пересекать все обитаемые и необитаемые земли этого мира. Я думал о главное цели Доминиона, но почему-то перед внутренним взором была тонкая фигурка, летящая в пропасть, и внутри появилось какое-то чувство. И это была не ненависть...

***

Алекс

Сегодня мне не снился дождь под голубым небом, но проснулась я оттого, что кто-то влажной тряпкой протирал мне лицо. Открыв глаза, увидела над собой верхушки деревьев. Приподнялась, рядом сидел вчерашний мальчишка, в руках у него была мокрая тряпка. Горло пересохло так, что было трудно дышать. Вспомнила, что мальчишку зовут Вик.

– Вик... – прохрипела я. – Воды...