Я подумала: «Чем их там кормят? Может, у них кабачки со стероидами?»

С самого начала Прокуратор начал со мной спорить. Не знаю, как бы действовал настоящий монах, но мне пришлось поставить его на место. Как ни странно, это подействовало, и мне удалось начать массаж.

Сначала шло тяжело, Прокуратор всё время был в напряжении, и от этого его мышцы, и на спине, и на шее, становились просто каменными. Но наконец ему удалось расслабиться, и работать с ним стало проще.

Сегодня был переходный сеанс. А вот в следующий раз будет больно. Если он, конечно, после сегодняшнего снова меня призовет.

Первым делом я разогрела ему мышцы, потом пошла работать техникой расслабления внутренних связей, искала точку и надавливала на неё. В какой-то момент снова увлеклась и сама не заметила, как уселась сверху, хотя собиралась, в общем-то, только привстать

- Встань с меня - вдруг раздался голос Прокуратора.

- Ой, простите, сказала и встала, расставив ноги по обе стороны от его спины, потому что ещё оставалось немного места возле шва, которое нужно было доработать.

И вдруг этот громила снова начал дышать, как пыхтящий паровоз, и, совершенно неожиданно, резко вскочил с пола, схватил покрывало, отчего я практически покатилась на пол. Прокуратор завернулся.

- Всё. Закончили. Иди.

Я хотела сказать, что ещё осталось немного, но, глядя на взбешённое лицо Прокуратора, решила не спорить. Только обратила внимание, что он очень внимательно разглядывает мои голые стопы.

Молча развернулась и пошла к выходу.

Уже возле самого выхода Прокуратор крикнул:

- Монах

Я остановилась.

- Сеансы надо проводить каждый день или достаточно через день? - спросил Прокуратор.

- Можно и через день, - сказала я. - Можно и через два. Главное, чтобы не

больше, иначе всё придется начинать сначала.

- Сколько всего нужно овансов?

- Ну, на мой взгляд, для получения устойчивого результата вам нужно не меньше восьми, а лучше десять.

- Ну так иди

Идти к выходу действительно было просто, нужно было по длинному коридору дойти до лестницы, и спуститься. Но когда я проходила мимо одного из боковых ответвлений, вдруг кто-то схватил меня за руку и резко втащил в тень другого коридора.

Это был Сашка.

— Кто ты на самом деле, монах? — задал мне вопрос мой лучший друг.

— С какой целью интересуетесь, господин, простите, не знаю, как вас называть, — сказала я, поклонившись.

— Зови меня Алекс, — ответил он, и я чуть не фыркнула, вспомнив, что никому в Академии нельзя было называть себя Алекс, только мне.

Видимо, в Сашкиной памяти это где-то сидело и вот вышло наружу. А может, он всегда хотел, чтобы его называли Алекс.

— Хорошее имя, — постаравшись сохранить спокойным голос, сказала я. — Сильное.

— Я видел тебя у верхних терм, — не «купился» на комплимент Сашка, и я еле подавила желание удрать.

— Ну и что же вы видели, господин Алекс? — сдержав первый порыв, спросила я.

— Ты не имеешь права туда ходить, — заявил он.

И вот чтобы мне промолчать, но я даже не успела сообразить, как из меня выскочило:

— Почему?

— Ну хотя бы потому, что ты крался как вор, когда пробирался ночью обратно, — не отпуская меня, продолжил свой допрос Сашка и, наклонившись ниже, угрожающе спросил:

— Что ты там делал?

— А что делают в термах? — мне стало спокойно, если он видел меня только на пути из терм, то это совершенно безопасно… пока.

— Мне кажется, или для монаха ты слишком строптивый? — спросил Сашка.

Я тут же опустила глаза. И мне пришла в голову мысль:

— Господин Алекс, а почему вы не приходите в лечебницу?

— Мне незачем, — сухо сказал Сашка.

— Это похвально, — ответила я. — Но, если бы вы смогли прийти, я бы вам смог показать, зачем я ходил в термы.

Я решила пойти на риск. Мне нужно было, чтобы он пришёл. Потому что в этом случае он бы попал в мои загребущие ручки, и я бы его не выпустила, пока не вернула ему память.

— Ладно, монах, иди, — сказал Сашка, никак не отвечая мне на просьбу, — но помни, что я за тобой слежу.

— Спасибо, господин Алекс, — поклонилась я, — но вы всё-таки приходите, и я вам всё объясню.

Дальше из дворца я дошла без особых приключений. Прошла пара дней. Прокуратор меня не вызвал ни на следующий день, ни через день.

***

А в один из этих дней Ниитос взял меня с собой в женский дом. Оказалось, что у доминусов есть традиция — по осени проводить турнир отбора, на котором лучшие из лучших могут выбрать себе жён или наложниц.