— Знаю его.
Малхар мягко усмехнулся.
— Вы знаете судью, лорд Рейс. Не мага, который закрыл ритуал. Я действительно могу показать ей дорогу назад. Могу открыть её. Могу вернуть девушку туда, откуда её взяли.
— После освидетельствования? — спросила я.
Судья перевёл взгляд на меня.
— После проверки души и снятия нестабильной связи.
— Снятия?
— Истинная связь с драконом удерживает вас здесь. Её нужно разорвать.
Арвен стал абсолютно неподвижным.
В зале кто-то ахнул. Даже люди Совета переглянулись.
Элира в душнике вспыхнула тревожным белым светом.
Самуил сказал:
— Истинную связь нельзя разорвать без платы.
Малхар не отвёл взгляда от меня.
— Плата будет приемлемой.
— Для кого? — спросила я.
Он не ответил сразу.
Этого хватило.
— Для дракона, — сказала я. — Платить будет он.
— Лорд Рейс силён.
— Вы ранали его, ослепили и теперь хотите снять с него связь через меня.
Малхар поднял брови.
— Вы удивительно быстро учитесь.
— Хороший учитель, — сказала я и сама удивилась, что посмотрела при этом на Арвена.
Он услышал. Конечно.
Его пальцы стали теплее.
Малхар опустил руку, золотая нить погасла.
— Тогда поговорим иначе. В этом зале присутствует душа прежней Элиры Саан-Рейс. Она может подтвердить, что тело занято незаконно.
Самуил поднял душник.
— Элира может подтвердить другое.
— Душа в душнике не является самостоятельным свидетелем без освидетельствования.
— Зато алтарная книга является родовым доказательством, — сказал Арвен.
— Для дома Рейс. Не для Совета.
Арвен наклонил голову.
— Ты пришёл в мой дом, требуешь мою истинную, стоишь на моём круге и говоришь, что моя книга ничего не значит?
Малхар улыбнулся холодно.
— Вы всё ещё цепляетесь за «мою». Мой дом. Моя книга. Моя истинная. Именно поэтому Совет должен вмешаться. Открытая связь уже искажает ваши решения.
Я почувствовала, как Арвен хочет ответить. И поняла, что Малхар ждёт именно этого. Любая вспышка, любое драконье давление — доказательство нестабильности. Судья расставил слова, как крючья: «моя», «искажает», «истинная». Подтолкнуть, чтобы Арвен сам выглядел зверем, который держит женщину.
Я шагнула чуть вперёд, оставаясь в круге рода.
— Верховный судья Тейн.
Он посмотрел на меня.
— Я слушаю.
— Вы говорите о моей свободе, но пришли с цепями.
Маги крови напряглись.
— Цепи защищают окружающих от нестабильной магии.
— Значит, снимите их.
Малхар молчал.
Я кивнула.
— Не можете. Потому что без цепей ваши слова слабы. Вы предлагаете мне путь домой только после того, как свяжете меня, разорвёте метку и оставите без защиты. Это не свобода. Это сделка с человеком, чья подпись стоит под ритуалом, который привёл меня сюда.
Шёпот стал громче.
Один из судей второго круга, женщина с тёмной кожей и серебряными нитями в волосах, сделала шаг вперёд.
— Верховный судья, если книга действительно открыла вашу подпись, заседание должно быть перенесено в нейтральный зал.
Малхар не посмотрел на неё.
— Судья Лаурис, вы видите перед собой влияние чужой души на зал. Не поддавайтесь.
— Я вижу нарушение процедуры, — ответила она. — И раненого главу рода, которому Совет угрожает в его доме.
Вот она. Вторая трещина.
Арвен едва заметно повернул голову к ней. Запомнил. Отметил.
Малхар тоже.
— Запишите особое мнение судьи Лаурис, — сказал он одному из помощников. — После освидетельствования мы обсудим её сочувствие к нестабильным связям.
Судья Лаурис побледнела, но не отступила.
В этот момент душник в руках Самуила вспыхнул.
Голос Элиры прозвучал так ясно, что зал смолк:
— Я, Элира Саан-Рейс, дочь рода Саан, свидетельствую: моё тело было подготовлено к ритуалу без согласия. Дорена Вальс, Калиста Вердан, магистр Орвин и мой отец знали, что моя душа будет отделена. Верховный судья Малхар Тейн поставил печать на обратном узле. Лина пришла не по своей воле. Она не крала моё тело.
Малхар поднял руку.
— Достаточно.
Но Элира продолжила, и в её голосе впервые появилась сила:
— Я просила о помощи. Она помогла. Она дала мне голос. Она не враг.
Свет душника стал таким ярким, что людям пришлось прикрыть глаза.
Малхар резко повернулся к магам крови.
— Цепи.
Арвен шагнул вперёд.
Я удержала его.
— Нет.
— Они идут за тобой.
— Я вижу.
— Лина.
— Не дайте им выставить вас чудовищем.