Я стояла у стола, пока они составляли документ. Спина затекла, пальцы на руках остыли. Хотелось сесть, но просить я не стала. Арвен это видел. Конечно, видел. Через несколько минут он указал на кресло.

— Сядьте.

— Благодарю. Я постою.

— Упрямство редко помогает женщинам.

— Зависит от обстоятельств.

— В ваших обстоятельствах помогает покорность.

Я выдержала его взгляд.

— Мои обстоятельства и появились из-за покорности.

Секретарь так резко макнул перо в чернильницу, что капля упала на край листа. Арвен не отвёл от меня глаз.

— Вам следовало стать такой до свадьбы, Элира.

— Возможно.

Слово получилось тихим.

Внутри кольнуло. Не меня — её. Девушку, которая была здесь до меня. Которую выдали замуж, привезли в холодный замок, посадили за длинный стол, оставили одну среди чужих людей и объяснили, что жена дракона должна быть благодарной.

Я не знала, где она сейчас. Умерла ли. Исчезла. Растворилась во мне. Но в этот миг мне захотелось попросить у неё прощения за то, что я смогла сделать за четыре дня то, на что ей, жившей здесь год, не хватило сил.

Секретарь подал документ Арвену. Тот прочёл, поставил подпись и капнул воском. Перстень с драконом опустился на печать.

Глухой удар прозвучал как закрывающаяся дверь.

Или открывающаяся.

— Подойдите.

Я подошла.

— Ваше имя.

Перо легло в пальцы непривычно удобно. Тело знало, как писать. Я вывела: Элира Саан-Рейс. Почерк был изящным, ровным, чужим.

Арвен смотрел на подпись.

— Вы изменили нажим.

Я замерла на долю секунды.

— Рука ещё слаба после болезни.

— Болезнь многое объясняет, — сказал он. — Но не всё.

Мне пришлось поднять глаза.

Он уже знал, что со мной что-то не так.

Не мог знать правду. Не должен был. Но разницу видел. В словах, взгляде, движениях, решениях. Я встретила его внимание спокойно, хотя под корсетом стало тесно от страха.

— Иногда болезнь заканчивает то, что давно следовало закончить, милорд.

Арвен забрал документ, сложил его и протянул мне.

— Вы уедете завтра утром.

— Сегодня.

— Я сказал — завтра.

В его голосе впервые появилась сталь.

Я сжала бумагу.

Вот он. Настоящий лорд Рейс. Мужчина, которому уступали ещё до того, как он повышал голос. Опасный не потому, что грубый. Опасный потому, что привык получать нужный результат.

— Я прошу разрешить мне уехать сегодня, — произнесла я мягче. — Разговор уже состоялся. Если я останусь до утра, замок будет обсуждать, передумала ли я. Мне бы не хотелось давать повод для лишних слухов.

Он медлил.

Я видела, как он считает. Не мои чувства — последствия. Скандал среди слуг. Возможные письма от моего рода. Реакцию двора. Собственное удобство.

— До заката, — сказал он. — Экипаж будет готов.

— Благодарю.

— Не благодарите раньше времени. Свобода снаружи выглядит иначе, чем из окна спальни.

— Я это учту.

Он поднялся. Разговор был окончен.

Я сделала реверанс. Не низкий. Ровный, официальный. Когда повернулась к двери, голос Арвена остановил меня у самого порога.

— Элира.

Я обернулась.

Он стоял за столом, опираясь пальцами о полированное дерево. Красивый, холодный, недоступный. Муж, которого прежняя хозяйка моего тела ждала ночами. Дракон, которого я собиралась оставить в прошлом сразу после того, как выйду за ворота.

— Если это игра, — сказал он тихо, — не затягивайте. Я не люблю, когда меня вынуждают участвовать в чужих спектаклях.

Я посмотрела на него и впервые за всё утро позволила себе сказать правду без украшений:

— Это не игра, милорд. Я просто ухожу.

Он ничего не ответил.

А я вышла.

До своей комнаты я дошла спокойно. По крайней мере, со стороны это выглядело так. Внутри меня трясло. Запоздало, мелко, противно. Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и только тогда позволила себе сделать глубокий вдох.

Комната леди Элиры была светлой и красивой. Слишком красивой для места, где человек был несчастен. Белые шторы, вышитое покрывало, туалетный столик с серебряными щётками, фарфоровые флаконы, шкатулки, кружевные платки, книги с золотыми корешками. Всё безупречно. Всё чужое.

У окна стояла Мара — моя служанка. Невысокая девушка с тёмными глазами и туго заплетённой косой. Она ждала меня, сминая передник.

— Миледи? — спросила она осторожно.

Я протянула ей документ.

— Собираем вещи. Я уезжаю сегодня.

Мара прочитала первые строки, побледнела, потом подняла на меня глаза.

— Лорд разрешил?

— Да.

— А ваш отец?

— Я еду не к отцу.