— Он твой. Мы специально вместе с Длиннопалым сегодня сплели. Нравится? — я вытерла стоящие в глазах Тарки слёзы краешком своего палантина, наблюдая за растерявшейся луговницей.

— Мейрин… Ты… Вы… Вы лучшие!!! Мне никогда никто ничего не дарил…

Чтобы Тарка не6 слетела случайно с кровати, я крепко обхватила обеими руками худенькое тельце, укутывая в тёмно-бирюзовую ткань, как в кокон.

Обессиленная после всего произошедшего луговница всхлипнула ещё несколько раз, прося прощение за всё и уснула. Я же натянула сверху плед, чтобы Тарка окончательно согрелась.

В приоткрывшуюся дверь заглянул Кайл и, вытаращив глаза от увиденного, разинул рот. Пришлось поднести указательный палец вертикально к губам, а затем жестом показать, чтобы убирался прочь. Радостный вампир кивнул и так же бесшумно исчез.

Когда через несколько минут тихонько крадучись в комнату вошли Длиннопалый, Энр, Хелвики и Кайл, то застали практически идиллическую картину: обнявшись, обе девушки, посапывая, спали сном младенца.

— Слушай, а почему мы раньше не догадались их уложить, если не на одной кровати, то хотя бы в одной комнате? Наблюдать за их состоянием было бы удобнее, да и поспать сами смогли бы… — шёпотом обратился к Длиннопалому Энр, отводя его в сторону окна.

Древянник задумчиво поскрёб пальцами в затылке и пожал плечами:

— М-да… Не пришло в голову как-то. А ведь так действительно было бы проще…

Пока удивлённый Хелвики разглядывал спящую парочку, к беседовавшим присоединился счастливый Кайл:

— Длиннопалый, ты знаешь, как ей это удалось сделать?

— Понятия не имею. Но магию не применяла — это точно, иначе бы на кровати валялся, минимум, один труп. С большей вероятностью — два. Проснётся, спросим. Чего гадать?

— Сможешь аккуратно проверить их состояние? Чтобы хоть понимать, к чему готовиться, — Энр похлопал себя по карманам, проверяя, какие зелья сейчас находятся при нём.

Длиннопалый кивнул и осторожно направился к кровати. Стараясь не разбудить девушек, он аккуратно прикоснулся сперва к Мейрин, а потом к Тарке. Вампиры замерли в напряжении. Даже Хелвики перестал дышать. Увидев, как Длиннопалый жестом показал, что всё в порядке, вся троица облегчённо выдохнула. Болотник пальцами изобразил шагающего человечка и быстро покинул комнату.

— Никак докладывать побежал. — скептически заметил Энр.

— Не без этого… — задумчиво согласился Длиннопалый, пытаясь вспомнить, слышал ли болотник его объяснения Кайлу насчёт особенностей блоков Мейрин.

— Главное, чтобы Старый сейчас не заявился. Жаль, что подпирать поленом дверь бесполезно. Предлагаю переночевать здесь. В случае чего попробуем его задержать. Тогда будет шанс оставшемуся утащить обеих подальше. Бесконечно развлекаться догонялками мы не сможем, но хотя бы время выиграем. А там, может быть, сумеем его убедить, что он был сильно неправ, устроив такое. Теперь нам есть, что ему противопоставить после пояснений Мейрин.

Несмотря на то что я выспалась, во всём теле ощущалась сильная разбитость. Всё-таки длительное пребывание в скрюченном положении дало о себе знать. Чтобы не потревожить больную ногу, я не могла полноценно лечь набок, поэтому пришлось развернуться верхней частью тела, дабы обхватить Тарку во время «возвращения», да и потом, когда та уснула. После подобных «воссоединений» требуется тесный телесный контакт извне, чтобы создать ощущение защищённости и присутствия рядом «опоры», тем самым помогая сформировать прочную связку душа-тело и создать привязку к миру живых. Это даже удачно получилось, что мы обе уснули почти на сутки. Необходимое для создания связей время пролетело незаметно, да и кто знает, вылежала бы я так долго неподвижно, если бы бодрствовала.

— Как себя чувствуешь? — шёпотом, чтобы не разбудить мирно сопящую Тарку, поинтересовался подошедший Длиннопалый.

Я поморщилась, дёрнув кончиком носа:

— Паршиво…

Древянник тут же присел на край и обеспокоенно коснулся моей левой руки:

— Если ты отвечаешь обычно «нормально», когда тебе «очень даже паршиво» на самом деле, то услышать от тебя «паршиво» — серьёзный повод задуматься о том, не при смерти ли ты, Мейрин. Тебе в целом плохо, или болит где-то конкретно?

— Где плохо? Кому плохо? Мейрин плохо? — встрепенулась полусонная Тарка.

Но я тут же погладила её по голове, стараясь продлить сон:

— Спи, путешественница, ещё рано.

Длиннопалый с сомнением уставился на стоящее в зените солнце.

— Ей действительно ещё рано.

— Понял. Надо же, незабудки ещё живы. Как будто я их только что сорвал… — Длиннопалый обратил внимание на венок, съехавший Тарке на лоб.

— Значит, всё завершилось так, как и должно быть, — я немного сдвинулась в сторону, пытаясь изменить положение тела, но тут же зажмурилась от внезапно прострелившей в позвоночник боли.