Давление на меня всё усиливалось, создавая ощущение, словно на меня двигается монолитная стена, которая вот-вот раздавит, не оставив даже мокрого места. Дышать становилось всё труднее, мышцы и кости закрутило от боли так, будто их сминало многотонным прессом, в голове взорвался яркой вспышкой внезапный приступ мигрени, а желудок подступил к горлу.

— Я. Дала. Слово. Я. Всегда. Держу. Своё. Слово, — повторила я, борясь с накатывающей тошнотой и всё больше ощущая, как аура Старого продолжила раскрываться в полную силу.

Ускользающим от боли сознанием, поняла, что всё-таки не устояла и начала падать.

Уже у самого пола меня поймал Длиннопалый и подхватил на руки, бережно прижав к себе.

Последнее, что я услышала, был его огорчённый голос:

— При всём моём уважении к тебе, Старый, и даже с учётом безмерной благодарности за своё спасение, я считаю, что сейчас ты перегнул палку. Сильно перегнул…

И свет перед моими глазами померк.

Приходила я в себя очень долго и тяжело: сознание как будто уплывало обратно в небытие, сопротивляясь возвращению в реальный мир, малейшее движение вызывало резкую боль во всём теле, пронизывающую от кончиков пальцев ног до затылка, а сама голова ощущалась чугунным колоколом, по которому беспрестанно били набат, вот рту чётко ощущался металлический привкус крови. И даже набрать полную грудь воздуха при вдохе было невозможно: казалось, вот-вот, и сердце остановится. Кое-как разлепив налившиеся свинцом веки, я увидела обеспокоенное лицо Длиннопалого, склонившегося надо мной. Первая же попытка приподняться потерпела неудачу: стоило лишь на пару пальцев оторвать голову от подушек, как тут же рухнула обратно на них:

— Помоги мне встать… пожалуйста… Я должна уйти…

Древянник осторожно коснулся сперва моих висков, а затем запястий с внутренней стороны, и покачал головой:

— Лежи. Куда ты собралась? Тебе нужно окрепнуть.

Облизнув потрескавшиеся губы, я замотала головой:

— Я смогу. Мне хватит сил снять блок за пределами замка и переместиться… А там отлежусь где-нибудь, пока не удастся открыть переход домой…

— Тс-сс— … Мейрин, не говори больше ничего, побереги силы. Никуда я тебя в таком состоянии не отпущу. Тебе же помощь нужна и серьёзный уход.

— Длиннопалый, поверь, мне лучше уйти. Старый очень сильный дух… Из-за меня у вас будут проблемы… Тарка…

— Не переживай, тебе сейчас нельзя волноваться. С ней Кайл, — Длиннопалый влил несколько ложек с каким-то горьковатым отваром в мой рот и потрогал лоб, пытаясь определить, есть ли жар или нет.

Неожиданно я почувствовала приближающиеся отголоски давящей ауры и снова потеряла сознание.

* * *

— Зачем ты пришёл, Старый? — не оборачиваясь, спросил Длиннопалый, прикладывая кончики пальцев к шее Мейрин, туда, где едва билась тонкая голубая жилка.

— Поговорить хочу, — совершенно невозмутимо ответил древний дух, подходя к кровати.

— А другого способа не нашёл? Зачем нужно было снова её оглушать? Она и так три дня была без сознания. И о последствиях своего «знакомства» с ней ты прекрасно осведомлён.

— Мне не нужны свидетели. А вы с Энром, как привязанные, тьфу, — Старый перекосился и сплюнул на пол. — По очереди сидите то у её кровати, то у Кайла с Таркой. Где я ещё мог с тобой переговорить?

— И для этого стоило её в очередной раз подвести к Грани?

— Невелика была бы потеря, — пожал плечами Старый.

Голубые огоньки в негодовании вспыхнули в глубине глазниц Длиннопалого:

— Чего ты добиваешься этим?

Древний дух покрутил посох и переложил в другую руку:

— Мне просто нужно было убедиться, что девчонка ни при каких обстоятельствах не нападёт. Но она по-прежнему опасна для нас. Я не для того собирал вас всех, чтобы вы поставили под угрозу своё существование сиюминутной слабостью. Ты знаешь, что духов почти не осталось. Равно, как и вампиров, и других рас. За то время, что меня здесь не было, я прошёл немало земель и ни одного, подчёркиваю, ни одного духа не обнаружил. Ни единого следа. Я, конечно, снова продолжу поиски после того, как разберусь со всем, что творилось в замке за время моего отсутствия, но шансы обнаружить уцелевших тают с каждым днём. Вы — последние, Длиннопалый. И так глупо подставились. Во всей этой истории я вижу только один плюс: в лесу, да и в окрестностях, не осталось больше ни одного ренегата. Хоть какая-то польза от этой недобитой «инквизиторши».