— Что, устала, ведьмочка? — усмехнулся он. — Не переживай. Ты справилась отлично.

Я кивнула, сжав губы.

Он — не мой. Никогда не будет. Он просто наставник. Но, боги, как же приятно было быть рядом с ним.

Я отвела взгляд, напомнив себе, что чувствовать что-то к нему — глупо.

Я не имею права. Ни на привязанности, ни на близость, ни на любовь.

Развлекаться — можно. И я позволяю себе это с Люцианом и Себастьяном. Это — другое. Лёгкое. Без обязательств.

Но по-настоящему…

Открыться. Довериться. Пустить в душу.

Нет. Мне нельзя.

Они не знают, кто я. Не знают, что я скрываю. И если узнают — отвернутся. Или хуже, пленят меня.

Я сжала пальцы, вспоминая взгляд русалки. Отчуждённый. Пустой.

Если я оступлюсь — стану такой же. Живым артефактом. Источником. Питомцем.

И неважно, кто будет рядом — Локфорд, Эйдан или кто-то ещё.

Я утону в этом.

Я не могу.

Ночь окутала академию мягкой темнотой, лишь редкие фонари лениво отсвечивали на влажных плитах дорожек. Я выскользнула из общаги бесшумно, стараясь не разбудить никого. Тапки в руках, юбка заправлена в пояс — всё, чтобы идти быстро, не стуча каблуками. Воздух был прохладным, влажным, словно сам звал к воде.

До озера я добралась без происшествий. Разделась, аккуратно сложив одежду на камень, и вошла в воду. Она обволакивала кожу, как вторая стихия — родная, успокаивающая.

Я плавала долго, ныряя глубоко, скользя по дну, чувствуя, как тело наполняется силой. Не оборачивалась — осторожность всё же не позволяла. Но была соблазнительная мысль: хотя бы на секунду ощутить себя в полном облике. Нет. Слишком опасно. Пока рано.

Я вынырнула в очередной раз, скидывая с лица мокрые пряди — и замерла. В воде, в нескольких шагах от меня, плавали два силуэта. Узнаваемые. Слишком узнаваемые. Себастьян и Люциан. Они были в воде. Один — чуть ближе, другой — с другой стороны, словно нарочно взяли в кольцо.

— Вы⁈ — вырвалось у меня. — Что вы тут делаете?

— Мы соскучились, Мел, — голос Люциана был ленивым, но в глазах плясал хищный блеск. — Но заметили, что тебе очень весело с этим… неудачником.

— Вы следили за мной?

— Мы охраняем, — усмехнулся Себастьян. — И контролируем. Вдруг наша малышка забудет, чья она?

— Ваша практика выходит за все нормы приличия,— тихо, почти шепотом, — в спину сказал Себастьян

— А тебя это волнует? — фыркнула я, разворачиваясь, чтобы отплыть. Но сильная рука схватила меня за запястье.— Это вообще не ваше дело

— Ошибаешься, — прошептал он, глядя в глаза. — Это касается нас. Потому что ты — наша.

Я рванулась, но Люциан уже был рядом. Его ладонь легла на мою талию, горячая и наглая.

— Скажи, — его голос стал тише, опаснее, — скажи, что тебя совсем не тянет к нам, как нас к тебе. Что твоё сердце не бешено колотится, когда мы рядом.

Он притянул меня ближе, и я ощутила, как его дыхание касается моей щеки. Себастьян оказался с другой стороны. Обнял за плечи. Они были слишком близко. Слишком. А я… не могла найти в себе силы оттолкнуть.

— Пришла сюда одна. Разделась до гола, маленькое соблазнение. Как тут устоять? — прошептал Себастьян.

Люциан коснулся губами моей шеи — едва, но этого хватило. Внутри всё взорвалось. Я знала, что должна оттолкнуть их. Дать отпор. Но… руки опустились, дыхание сбилось, и губы Себастьяна нашли мои.

Поцелуй был хищным. Властным. Он требовал ответа — и я ответила.

Мир снова затонул в огне. Неосознанно я оказалась между ними. Люциан прижимал сзади, Себастьян — спереди. Их ладони скользили по моим плечам, по спине, по талии.

И в этот момент я поняла: бежать уже поздно.

Молния пробежала по коже. Я должна была оттолкнуть. Должна была… Но губы Себастьяна уже касались моих, жадно, требовательно, и я отвечала прежде, чем успела подумать. Как будто тело всё решило за меня.

Руки Люциана скользнули по моим бокам, замкнулись на животе, прижимая к себе. Себастьян поцеловал сильнее, горячее, а я — сдалась.

Между ними. В воде. Между реальностью и безумием.

— Вот так, — прошептал Себастьян, целуя уголок губ. — Наша девочка.

Его ладони обвили мою талию, и в следующее мгновение я оказалась у него на руках, лицом к лицу. Вода ласкала кожу, но его прикосновения были горячее. Я обвила его бёдрами, и всё внутри сжалось в предвкушении. Он смотрел мне в глаза — медленно, глубоко, будто видел меня насквозь.

— Скучала, сладкая? — прошептал он.

Я не ответила — просто наклонилась и поцеловала его. Он вошёл в меня — медленно, но не нежно. Уверенно. С жадным притяжением, которое уже невозможно было остановить.