— Я завтра встречаюсь с ректором. Есть шанс, что он отлучится хотя бы на пару минут. Я… попробую найти этот черновик. Или хотя бы сделать копию нужной страницы, если повезёт.

Я выпрямилась, сердце забилось чаще.

— Ты правда готов это сделать?

Он кивнул, не раздумывая.

— Да. Это важно для тебя. А значит — и для меня. Только ты тоже должна понимать: если он поймёт, что я копаю под него… мне не поздоровится. И тебе — тоже. Уж два плюс два он непременно сложит.

— Я понимаю, — прошептала я. — Но… спасибо.

— Не спеши благодарить. Дождись, пока вернусь. — Он чуть улыбнулся, и вдруг стал серьёзнее. — Ты точно готова идти до конца?

Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри поднимается волна решимости.

— Я не прощу себя, если не попробую. А если это поможет ей… и другим… значит, оно того сто́ит.

Эйдан кивнул. Его рука скользнула по столу и легла поверх моей — на секунду, мимолётно, но тепло от этого прикосновения будто заполнило всё тело.

— Тогда завтра. А сегодня — отдыхай. Ты заслужила.

Весь следующий день я была, как на иголках. Старалась сосредоточиться на занятиях, отвечала преподавателям, делала вид, что всё в порядке — но мысли всё равно возвращались к одному: удалось ли Эйдану?

Когда настало время ужина, я почти не чувствовала вкуса еды, только механически отправляла ложку за ложкой, вглядываясь в поток студентов, входящих в столовую. Сердце сжалось, когда я наконец увидела его — уверенный, спокойный, с той самой полуулыбкой, которая всегда появлялась, когда он был доволен собой.

Он не сказал ни слова, просто подошёл и легко кивнул. Но этого было достаточно.

— Ты… — начала я, не в силах договорить. Осознание накрыло меня волной чудесной смеси эмоций. А потом просто вскочила и обняла его.

Сильно, благодарно, со всей той усталостью и напряжением, которые копились с самого вечера у ректора дома. Он замер, а потом тихо усмехнулся, уткнувшись носом в мои волосы.

— Ты рано радуешься, Мел, — прошептал он, мягко отстраняясь. Его ладони скользнули к моим плечам, и он заглянул в глаза. — Впереди ещё самое сложное. Но мне приятно, что ты веришь в меня.

Я кивнула, всё ещё ошеломлённая. Рядом кто-то сдержанно ахнул, и я только тогда поняла, что мы по-прежнему стоим в самой середине зала, привлекая к себе слишком много внимания.

— Прости, — выдохнула я, чуть отступая назад.

— Не извиняйся, — хмыкнул он, беря поднос и усаживаясь рядом. — Можешь обнимать меня в любое время.

Мы ели молча, но между нами будто вибрировало напряжение — не тяжёлое, а какое-то внутренне сосредоточенное. Эйдан допил сок, отодвинул поднос и посмотрел на меня серьёзно.

— Я сделаю всё, что нужно, — сказал он. — Но самая сложная часть будет на тебе.

— Какая? — спросила я, хотя, кажется, уже догадывалась.

— Передать это все русалке, — тихо сказал он. — Девушка более незаметна для таких штук. Если ты не боишься, то просто подойдешь к ней, вроде как поговорить и объяснишь, что делать. У тебя получится?

Я кивнула.

Он посмотрел на меня пристально, как будто пытался убедиться, что я не вру даже себе.

— Хорошо, — сказал он, наконец. — Я приду к тебе позже. Объясню, как именно всё должно пройти.

— Ладно.

— И не пропускай больше занятия, Мел. Я понимаю, что у тебя сейчас на уме другие вещи, но учёба не должна страдать. Поняла?

Я снова кивнула, и он встал, легко коснувшись моего плеча.

— Ты справишься, — сказал он уверенно и ушёл, растворяясь в шуме вечерней столовой.

Я осталась сидеть, сжимая край стола, пока его шаги не растворились в общем гуле. Всё внутри сжалось — не от страха, не от сомнений… от осознания. Как всё изменилось. Как много теперь от меня зависит.

Именно в этот момент я почувствовала на себе взгляд. Один… второй.

Подняв голову, я встретилась с глазами Себастьяна. Люциан тоже смотрел. Их взгляды были тяжёлые, напряжённые — будто требовали объяснений.

Я тут же отвернулась. Не потому, что боялась. Просто не хотела… Не хотела снова увязнуть в этом.

Аппетит пропал. Я резко встала, подхватила поднос и направилась к выходу, стараясь не смотреть в их сторону.

Плевать. Пусть смотрят. Пусть злятся. Теперь у меня есть дела поважнее.

Вечером, когда я уже начала думать, что он не придёт, раздался осторожный стук в дверь.

— Это я, — раздался голос Эйдана за дверью.

Я быстро открыла. Он стоял на пороге, как всегда спокойный, с папкой в руках и усталым, но тёплым взглядом.

— Можно?

— Конечно, — кивнула я и отступила в сторону, впуская его внутрь.

Он прошёл, сел на край стула и положил перед собой папку.