Мои пальцы ослабли.

Пропала. Ещё одна.

Слова звенели в ушах, как эхо, накладываясь на видения ночи, те, что цеплялись за моё сознание и не отпускали. Девушки. Голод. Пустота…

Шум вокруг сливался в глухую стену звуков. Мой сон словно ожил, вполз в реальность. Тени, что преследовали меня в ночном кошмаре, ходили среди нас, забирая одну за другой.

— От неё что-то осталось? — мой блеющий голос был сухим, словно песок, с трудом пробирающийся наружу.

Жасмин покачала головой:

— Ничего. Ни следа.

Холод прострелил грудь, растёкся по позвоночнику. Я почувствовала, как дрожь пробегает по коже, как будто сама ночь оставила на мне свой отпечаток.

Пропала.

Что-то щёлкнуло в голове, связав между собой отдельные звенья. Кусочки мозаики падали на свои места, но картина оставалась искажённой, полуправдой.

Я взглянула на Жасмин, чьи глаза блестели тревогой.

— Мы должны понять, что происходит, — сказала я. — Иначе это никогда не закончится.

* * *

Сначала я пыталась отвлечься от нахлынувшего страха. Сосредоточиться на чем угодно — на мелочах в комнате, на звуках, которые доносились сквозь приоткрытые окна, или даже на рваном крае старого учебника по теории магических потоков. Но все мои попытки были тщетны. Мысли, как упрямые мохнатые зверушки, которых я видела на втором этапе конкурса, прыгали туда-сюда, запутываясь в самые жуткие образы.

Вечером я зарылась лицом в подушку, но ощущение преследования не исчезало. Оно таилось где-то под кожей, горячее и колючее, как заноза, которую не удаётся вытащить. Перед глазами всплывала та сцена с Артано. Его лицо моложе, но с той же безжалостной тоской. Я снова видела, как он держит чёрное стекло с душой девушки внутри, а ветер подхватывает её шарфик…

Я с силой перевернулась на бок.

— Прекрати, — приказала самой себе. — Это не твоё дело. Ты ничего не знаешь точно.

Но мысли не слушались.

Что если я ошиблась? Что если это была не его возлюбленная? Или если она умерла по его вине? И что, если пропажа студенток сейчас — просто совпадение?

Мозг тут же подбрасывал другие варианты — более пугающие, более логичные, каждый из которых цеплялся за новый страх, создавая нескончаемую цепочку тревог. Я сцепила зубы, почувствовав, как по лбу катится пот.

Ночью кошмары наваливались с удушающей тяжестью. В темноте сна я снова и снова блуждала по длинным каменным коридорам, будто гналась за тенью, которая всегда ускользала. Стены хранили шёпот — приглушённый, отрывистый, будто с другой стороны, а полы под ногами были холодными и влажными.

— Где ты? — раз за разом повторяла я.

И голос в ответ, отдалённый и шепчущий:

— Ищи…

Я вытягивала руки вперёд, пытаясь найти хоть что-то, или кого-то, но каждый раз ловила лишь воздух. Или пустоту, которая медленно вытягивала тепло из моего тела.

— Эля? — шептала я. — Это ты?

Но тени молчали.

И затем снова она. Та, что приходила в самые тёмные уголки сна — девушка с тёмными волосами, спадающими на лицо, которое я никогда не видела. Она стояла в конце коридора, но её окружало болото. Её силуэт был чётким и неподвижным. Я знала, что она ждёт.

Но шагнуть вперёд я не могла.

— Да кто ты, чёрт возьми!

— Белла, — скрипнули её губы.

Когда я просыпалась, простыни были мокрыми от пота, а сердце колотилось так, словно я бежала стометровку. Тёмные круги под глазами напоминали о бессоннице, которая не хотела отпускать. И каждый раз, когда я вспоминала о девушке, которая исчезла последней, меня захлёстывала волна ужаса: это не сон.

— Алиса, вставай! — прозвучал голос, прорвавшийся сквозь вязкую темноту сна.

Я с трудом открыла глаза, словно между веками кто-то залил клея. Комната едва различалась в полумраке. Надо мной склонилась Жасмин, её лицо с мрачным выражением едва освещалось лунным светом.

— Пошевеливайся! — Она встряхнула меня за плечо, её пальцы холодные и твёрдые, как ледяные когти. — Ты опять бормотала что-то во сне. Это уже третий раз за неделю. Ты не видишь себя со стороны? У тебя лицо, как у ходячего кошмара.

Я попыталась отвернуться, но голова отяжелела.

— Я в порядке, — выдохнула хрипло, чувствуя, как горло саднит от крика.

— Нет, ты не в порядке, — настаивала Жасмин. — Ты выглядишь так, будто сама скоро исчезнешь. Всё, вставай! Мы идём в медпункт.

— Ни за что, — отрезала я, с трудом вытаскивая себя из тисков сна. — Это просто усталость…

— Просто усталость⁈ — Жасмин скрестила руки на груди, глядя на меня сверху вниз. — Алиса, ты кричала, как будто тебя кто-то душит! Я не знаю, что тебе снится, но оно сводит тебя с ума. Ты не слышишь сама себя?

Я закусила губу, стараясь не поддаваться на её слова. Она ошибается. Это всего лишь кошмары. Они пройдут.