Желудок сводит, когда представляю описанного тетей Светой маленького мальчика, который очень хотел маминой любви, но не получал ее. Алевтина Дмитриевна даже не готовила ему… ни разу. Вроде бы ничего удивительного, зная мою свекровь, но сердце все равно щемит. Мускусный, уже знакомый аромат, полностью окутывает меня, кружит голову. Прикрываю глаза, кладу щеку на грудь мужа и расслабляюсь.

Может быть, в последний раз, ведь… мы слишком разные, нам точно не по пути.

Руслан какое-то время стоит, не шелохнувшись, после чего обнимает меня в ответ. Так сильно вжимает в себя, что едва удается сделать вдох. Но я не жалуюсь, потому что “сбылось желание дурака” — почувствовать “сильное плечо” рядом… хотя бы ненадолго.

Не знаю, сколько мы так стоим, но, в итоге, я понимаю, что это становится, как минимум неприлично, поэтому отстраняюсь. Руслан нехотя отпускает меня. Ничего не говорит, но смотрит — пристально, недоумевающе, заинтересованно.

К щекам приливает жар, опускаю взгляд.

— Пошли есть, — переминаюсь с ноги на ногу, после чего срываюсь с места и иду прямо к столу.

Нет, я все-таки полная дура!

Мы скоро разведемся, а я лезу к Руслану со своими объятиями.

Взгляд цепляется за контейнеры.

В них ничего особенного — обычный плов с говядиной, даже не с бараниной. А что, если Руслану не понравится?

Тяжелые шаги звучат сзади, закусываю губу.

Зря приехала. Зря… Сидела бы дома — не услышала бы лишнего и сейчас не мучилась бы в сомнениях, не зная, как рассказать все Руслану. Затея с обедом, приготовленными своими руками, вообще дурацкая. Ну, кто я такая, чтобы готовить Руслану? Не мое дело помогать ему переживать травмы и давать ощутить, что такое семья. Я даже не настоящая жена, просто часть плана по сохранению компании.

Да, какая сейчас разница? Поздно жалеть. Что сделано, то сделано. Тем более, я каждой клеточкой тела, чувствую приближение Руслана ко мне.

Вот он… останавливается за моей спиной

Смотрит сначала на мою голову, потом отводит взгляд.

Еще несколько шагов, и Руслан останавливается рядом.

Касается, моей руки.

Вздрагиваю.

Дрожь проносится по телу, кончики пальцев покалывают.

Мышцы начинают ныть — до этого момента я даже не замечала, как на самом деле напряжена.

— Что там? — Руслан садится на диван, занимая почти все пространство и оставляя немного места, явно, для меня.

Горло сводит, поэтому не получается выдавить из себя ни слова. Приходится пару раз сглотнуть, лишь бы почувствовать, что могу нормально говорить.

— Эм… — слова никак не хотят складываться во что-то путное. — Сейчас, — тру кончики пальцев, прежде чем открыть один контейнер и протянуть его Руслану. — Вот, — стараюсь смотреть на оранжевые зернышки риса с вкраплениями овощей и мяса. — Ой, наверное, подогреть нужно.

Не успеваю спохватиться, как Руслан забирает контейнер из моих рук.

— Еще теплый, — хмыкает, подносит плов к носу и глубоко вдыхает. — Пахнет вкусно, — предвкушающе усмехается и тянется за вилкой.

Втыкает ее в рис и с прищуром смотрит на меня.

— Бери свой и садись, — указывает головой на место рядом с собой. — Мы же хотели пообедать вместе.

Кусаю щеку. Я не думала, что будет так сложно. У меня, конечно, были отношения… Отношения? О чем я вообще думаю? Между нами с Русланом не отношения, а брачный договор… причем недействительный.

“Только у тебя будет от него ребенок, вам, в любом случае, придется поддерживать “отношения”, — злорадствует внутренний голос.

О такой “маленькой” детали я, конечно, не забыла. Ведь внутренняя, здравомыслящая. Я права. Нам нужно начать хоть немного сближаться. Поэтому глубоко вдыхаю, подхватываю со стола контейнер, вместо вилки беру ложку и сажусь рядом мужем.

Наши бедра соприкасаются. Жар, исходящий от Руслана, передается мне. Но отодвинуться не пытаюсь. Во-первых, места нет. А во-вторых, это выглядело бы, по меньшей, мере странно.

Тем более, такое положение вещей, похоже, Руслана устраивает. Он довольно усмехается и переводит взгляд на плов.

— Такс-с-с, попробуем, — в голосе мужа звучит искреннее предвкушение.

Он набирает на вилку немного риса с кусочком мяса и сразу же засовывает в рот. Застывает, а у меня желудок ухает вниз. Не понравилось?

— М-м-м, — тянет Руслан, прикрыв глаза. Быстро жует, проглатывает, распахивает веки и смотрит на меня. — Это божественно, — нежно мне улыбается. — Спасибо, — наклоняется и чмокает меня в щеку.

От неожиданности чуть не роняю контейнер. Сердце пускается вскачь. А в груди разливается тепло. Ему понравилось… Губы растягиваются в довольную улыбку.

Наблюдаю за тем, как Руслан за обе щеки уплетает плов. Кажется, даже не жует.