Он снова забегал по комнате, но уже медленнее, словно пытаясь переварить происходящее. А я откинулся на кровати и закрыл глаза, силясь прогнать из головы образы её огненных волос, гладкой кожи и того сладкого, горячего тела, которое так отзывчиво поддавалось нашим ласкам.

Мелкая ведьма… Запала в память. Рыжая бестия.

Холодная вода приятно обжигала кожу, когда я нырнула в прохладное течение реки. Легкое шуршание листьев на берегу и мягкое журчание воды были словно музыка, и я наслаждалась этим редким моментом покоя.

Пальцы скользнули по волосам, и я взяла пучок мыльного корня, размяла его, пока он не начал пениться в руках. Густая пена покрыла мои локоны, а я потянулась к воде, смывая её вместе с накопившейся усталостью и тревогой.

Лес был тихим сегодня, словно наблюдал за мной, прислушивался к моим мыслям. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула, чувствуя, как прохладный ветерок ласкает обнажённое тело. Прошло две недели с тех пор, как я стала Арией. Я привыкла к рутине и своим обязанностям, к этой реке и своей наставнице.

Мои руки невольно опустились к груди, и пальцы осторожно коснулись вязей, появившихся возле сердца. Белый узор был ещё едва заметен, но я ощущала его под кожей, словно лёгкий холодок.

— Не исчезнет, но и не окрепнет пока снова им не отдашься, — раздался спокойный голос за моей спиной.

Я вздрогнула и обернулась, встречаясь с пристальным взглядом Лив. Наставница стояла на берегу, скрестив руки на груди, и наблюдала за мной с привычной строгой улыбкой.

— Что? — прошептала я, не понимая, к чему она клонит. За все время, что я тут, мы ни разу не обсуждали мою метку.

Лив кивнула на метку.

— Связь только на этапе зачатка, — объяснила она. — Чтобы она разрослась и окрепла, тебе нужно снова принадлежать им.

Я нахмурилась, чувствуя, как внутри поднялась волна возмущения и страха.

— Зачем? — тихо спросила я, опуская взгляд на едва заметные узоры.

Лив подошла ближе, остановившись на самом краю воды.

— Когда связь окрепнет, — продолжила она, — ты сможешь зачать сильную ведьму.

— Но я… — голос дрогнул, и я судорожно сглотнула, подняв глаза на Лив. — Я не могу с ними спать. Они убьют меня.

Наставница вздохнула, словно я сказала что-то совсем несущественное.

— Лес выбрал тебя как сосуд, — пояснила она, ни на мгновение не отрывая взгляда. — Ты подаришь ему новую ведьму или потеряешь всё, дорогая. Такова твоя судьба — ведьма Саэрского леса.

Я замерла, чувствуя, как холод пробирается к сердцу, несмотря на тёплую воду вокруг.

— Два сильных инквизитора наполнят тебя достаточно, чтобы ты могла понести, — продолжила Лив, голос её был спокойным, будто она говорила о чем-то обыденном. — А потом ты убьёшь их.

Я задохнулась от её слов.

— Что?

— Когда связь завершится, — терпеливо пояснила она, — и ты зачнёшь ребёнка, их жизни больше не будут нужны лесу. Ты убьёшь их, чтобы вся их сила досталась ведьме, которую ты понесёшь под сердцем.

Я прижала руку к груди, словно пытаясь закрыть метку ладонью, защитить её от чужих взглядов.

— Но… я не могу… — прошептала я, голос дрогнул. — Ведьмы не несут зло.

— Можешь, — уверенно ответила Лив. — Это не про выбор, Ария. Это — долг леса. Сила ведьмы-хранительницы передаётся через зачатие и жертву. Это древний ритуал, который сохранил род Саэрского леса. Ты избрана для рождения сильной хранительницы, раз лес отметил сразу двоих инквизиторов. Хранительницы рождаются раз в пятьсот лет.

Я молчала, не в силах поверить в услышанное. Всё это казалось дурным сном, невыносимым фарсом, из которого я хотела бы проснуться.

— Ты понимаешь, что это значит? — Лив наклонилась чуть ближе, её голос стал мягче. — Если не выполнишь свой долг, лес отвергнет тебя, а связь разрушит твоё тело. Ты потеряешь силу и умрёшь.

Я опустила взгляд на воду, ощущая тяжесть этих слов.

— Иначе нельзя? — тихо спросила я.

— Нельзя, — ответила Лив без колебаний. — Лес уже выбрал их для тебя. И либо ты подчинишься его воле, либо погибнешь.

Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри всё сжимается от ужаса и непонимания.

— Ария, — голос Лив стал мягче, но от этого не менее суровым. — Ты ведьма Саэрского леса. Прими свою судьбу и используй силу, чтобы защитить себя и свой дом.

Я кивнула, хотя слова давались с трудом.

— Я… я услышала тебя, наставница, — пробормотала я, чувствуя, как пальцы непроизвольно сжимаются на метке.

Лив кивнула, больше ничего не говоря, и ушла обратно в лагерь, оставляя меня одну на берегу.

Я ещё долго стояла в воде, ощущая, как сердце бьётся где-то в горле. Мысленно перебирала слова наставницы, пыталась найти в них хоть что-то, что дало бы надежду на иной путь.