я… – Тэй, да что с тобой?! – воскликнула Дейли. – Хватит уже покрываться инеем! Моргнула, прогоняя прочь дурные мысли. И зачем я только думаю об этом сейчас? До испытания еще пара дней, лучше подумать, как выжить. И плевать на всех королей, лучше вернусь домой! Ничего, уж я точно придумаю, как прожить среди людей с новыми знаниями – не беда. Хуже остаться тут и стать свихнувшейся или мертвой льдинкой. Ведь что со мной случится, когда король заберет мое сердце? Правильно – никто не знает. Ведь я же не Ами. Среди девушек-месяцев началось шевеление, что привлекло мое внимание и отвлекло от невеселых мыслей. Правда, даже это не спасло от белого инея на ресницах, лице и руках. Я увидела, как поднялась Джуна Саммерс и с искрящейся радостью улыбкой на губах подошла к Нордану. Они о чем-то тихо поговорили, после чего король громко проговорил: – Итак, мы подошли к самому приятному испытанию, которое по традиции всегда было настоящим праздником для всего мира иллюзий. Прошу, леди Саммерс, – он указал на зал рукой и улыбнулся, – покажите же жителям нашего мира, что такое наслаждение и радость! Вскинув руки, Джуна громко рассмеялась. С ее пальцев тут же сорвались зеленые искры магии, которые разлетелись по залу, преображая все вокруг до неузнаваемости, и рванули на выход. Присутствующие одобрительно загудели, восторженно разглядывая настоящее лето там, где только что была абсолютная зима. Ледяные стены оплел вьюнок, под ногами раскинулся ковер из яркой изумрудной травы, над головой засветило яркое солнце. Да, прямо в помещении! Я не сдержалась и улыбнулась, как и все разглядывая зал. Возле стен стояли длинные столы с разнообразными угощениями, по центру – где был портал – теперь образовалась пустая площадка. – Скажи, здорово! – воскликнула Ноя. – Не то слово… – выдохнули мы с Дейли в один голос. По залу прокатилась еще одна волна магии, и пространство прорезали первые звуки музыки. Гости начали выходить на пустую площадку и двигаться в ритмичном танце. Повернув голову к Ное, я задумчиво протянула: – И что, сейчас так абсолютно везде, или только во дворце? – Везде! Единственная ночь в году, когда в Королевстве льда наступает лето! Поэтому все так ждали испытание июня. С места я сорвалась быстрее, чем успела задуматься, и практически бегом направилась к выходу, чтобы посмотреть, как это все выглядит снаружи. Пусть я жила среди людей, и лето не было для меня чем-то необычным, но внутри все трепетало от одной мысли, что за окном сейчас не лед и снег, а зеленая трава и луговые цветы. Очень захотелось увидеть это своими собственными глазами. Но дойти удалось лишь до коридора, стоило сделать пару шагов по направлению к окну, как на талии сомкнулись сильные мужские руки. Я охнула от внезапного торможения и повернула голову, чтобы увидеть светлые снежные глаза. Нордан внимательно и очень задумчиво разглядывал меня с минуту, а после поинтересовался: – Далеко собралась? – Посмотреть, – выдохнула чистую правду. Взгляд короля тут же изменился, и там появились искры предвкушения, отчего по телу пробежали мурашки. Вот так он смотрел на королеву в ту самую ночь, перед тем как… Стоп. И о чем я сейчас думаю? – Чего же ты остановилась, Тэйлин? – промурлыкал мужчина, по-прежнему удерживая меня за талию и активно поглаживая. – Смотри. Осторожно кивнула и сделала шаг в сторону большого окна. Думала, Нордан сейчас разожмет руки, но тот неожиданно шагнул вместе со мной. Не поняла? Он теперь будет изображать сиамских близнецов? Губы мужчины тронула мимолетная коварная усмешка, а следом он невинным голосом протянул: – Что-то не так? – Ваше Величество, не могли бы вы… – Не мог бы. Я ошалело похлопала глазами. Кажется, Нордан ненавидит этот вопрос, иначе не объяснишь, почему он всегда отвечает одинаково и категорически против. – Отпустите, – шепнула, а после кашлянула и уже громче добавила: – Как мне подойти к окну, если вы продолжаете держать? – Легко, радость моя, – хмыкнул он и приподнял меня над полом. Сделав пару шагов, он вдруг взмахнул рукой, и в следующий миг мы провалились в портал. Теплый летний ветерок прошелся по коже, откуда-то снизу донеслась приятная мелодия, и я резко развернулась, чтобы отшатнуться и вжаться всем телом в мужчину. Мы стояли на краю крыши! Все что отделяло меня от падения – небольшой бортик высотою до колена. – Люблю этот вид, – пробормотал Нордан в мою макушку. – Особенно в эту ночь. Почувствовала, как он начал настойчиво поглаживать мои плечи, затем провел ладонью по шее, вызывая очередной хоровод мурашек. А следом вдруг отстранился и сделал шаг назад, усаживаясь прямо на крышу. Я удивленно обернулась и увидела, как он похлопал ладонью, приглашая сесть рядом. Не стала отказываться и опустилась возле мужчины. Привыкнув к высоте, я действительно прониклась красотой и могла согласиться, что здесь потрясающий вид на город. Только сидеть не очень удобно… – Иди сюда, – фыркнул Нордан, притягивая меня ближе, и заставляя откинуться на него. – А почему мы тут? – спросила, разглядывая танцующие парочки на площади. – Ты же хотела посмотреть. Ну вот – любуйся. Повернула голову, чтобы увидеть лицо короля, который вел себя ну очень странно, и застыла. Его губы оказались слишком близко. Настолько, что захотелось к ним прикоснуться своими и ощутить морозное дыхание. – Смелее, Тэй, – шепнул он. – Я не кусаюсь. Я шумно выдохнула и внезапно услышала, как внизу зазвучали первые аккорды вальса. Это стало отличным поводом прервать наш диалог и отстраниться, чтобы проветрить голову. – А давайте потанцуем? Нордан рассмеялся, раскусив мой маневр, но ничего не сказал. Поднявшись, он подхватил меня на руки и по воздуху спустился прямо на площадь, где уже кружились в танце пары. Все замерли, заметив наше появление и расступились. А король поставил меня на ноги и закружил под звуки чарующей музыки. Постепенно народ расслабился и к нам присоединились другие пары. Вокруг звучали веселый смех и легкие разговоры о празднике. Все закружилось в танце безудержного веселья. Жители мира иллюзий наслаждались дивной летней ночью и праздником. Я же посмотрела на Нордана и внезапно споткнулась, окунаясь в очередное очень реальное воспоминание Льдинки, где снова был он . Его лицо не выражало практически ничего, кроме безграничного спокойствия и умиротворения. Приблизилась, нависая сверху, и пытливо уставилась в глаза, наполненные ярким солнечным светом. Он тут же улыбнулся, сбрасывая свою привычную ледяную маску. Не удивительно, он всегда улыбается, когда видит меня и становится теплым, как солнце. Пусть у меня еще нет тела, как у него, но мы неразлучны. Ведь в этой темноте кроме нас никого больше нет: лишь его сияющая фигура, сотканная из льда и отражения солнечных лучей, и моя, которая так и не обрела форму. Мы всегда будем вместе, только мы двое, и больше никого… пока не угаснем. От этой мысли стало грустно. – Почему ты до сих пор сидишь в пустоте один? – спросила, просияв на него свои холодным звездным светом. – Я не один, – нежно улыбнулся он и протянул руку, поднимая меня на ладони. – У меня есть ты – моя любовь, мое сердце. И пока ты существуешь, я никогда не буду один. От этих слов я засияла ярче, а может, не от слов, а от его прикосновения. Но тут же подумала, что когда-нибудь наше сияние поглотит темнота вокруг, если замереть на месте и в одиночестве, поэтому вздохнула. И все это из-за меня. – Не хочу видеть, как ты прекращаешь сиять. – И не увидишь, – рассмеялся он. – Не знал, что ты такая трусишка. – Ты всегда шутишь и обзываешься, – надулась и взметнулась вверх. – Вот уйду и будешь знать! Тихий смех подсказал, что он не воспринял всерьез мою угрозу. Никогда не воспринимал, ведь знает, что я не уйду. Решила его напугать. Рванула вверх с неимоверной скоростью, ожидая, когда же он догонит. Но вдруг поняла, что никого нет: слишком уж быстро я летела. Внезапно стало жутко холодно и пусто, отчего я поежилась. Огляделась и почувствовала, как холод сковывает все сильней – я была совершенно одна. Лишь беспросветный мрак вокруг. «Умеют ли звезды плакать?» – спросила я как-то раз. И вот теперь могла ответить, что звездный свет умеет. Хоть у меня и не было тела, но сверкающие искры, что заменили слезы, разлетались во все стороны. Я металась в этой холодной пустоте, искала свой свет и не могла найти. Кричала, звала, умоляла найти меня – только слышала лишь звенящую тишину в ответ. И вот, когда я совсем отчаялась, где-то очень далеко послышался веселый смех. Я рванула на этот звук и очутилась в безбрежном океане бесконечной белизны. Увидела сверкающие ажурные кругляши, которые беззаботно кружились в танце, смеялись и радовались жизни. Подлетела ближе и с восторгом присоединилась к их танцу. Не одна! Я больше не одна! – Кто вы? – спросила, когда те слегка замедлили свой танец. – Снежинки! – дружный хор голосов заставил улыбнуться. – Танцуй с нами, забудь о тревогах. Жизнь так прекрасна! Они вновь закружились быстрей и рассмеялись, а я увлеченная этим безудержным весельем не заметила, как и сама стала снежинкой. И этот танец длился бы вечно, убирая боль и одиночество, стирая все воспоминания, но тут появился он. Застыв посреди снежной пустыни, он смотрел на наш танец с такой грустью в светлых глазах, что захотелось плакать. Умеют ли снежинки плакать? Вопрос заставил замереть и прекратить танец вечности. Слишком знакомо это было и отозвалось странной болью внутри. – Кто ты? – шепнула, привлекая его внимание, и в светлых глазах полыхнула… надежда. Такая яркая и отчаянная, что я не выдержала. Рванула вперед, в попытке приблизиться, но снежинки все кружили и кружили, пытаясь затянуть обратно в танец. – Ледяной король! – воскликнул вдруг кто-то из них, и весь хоровод рванул в сторону одинокой фигуры. Танец набирал обороты, затягивая меня в снежный водоворот. И тут король поднял руку, прерывая это безумное веселье. Я подлетела ближе и вгляделась в его лицо. Знакомо. Очень. Но… – Кто ты? – вновь повторила вопрос. – Почему ты один? – Я не один, – выдохнул король с невероятным восторгом глядя на меня. – Но здесь больше никого нет, и ты грустишь. – Как это никого?