Дверь распахнулась и на пороге возник испуганный дворецкий.

— Господин, Его Высочество покинул пределы академии, — обеспокоенно сообщил он.

— И что в этом такого? — отрешённо поинтересовался, в недоумении приподняв бровь. — Наверное, принц решил проведать родителей перед началом обучения.

Дворецкий глухо выдохнул, будто набирался смелости, прежде чем сообщить суть проблемы.

— Но... дело в том... Его Высочество уехал не один, — негромко произнёс он. — С ним академию покинула и леди Френазис.

— Что?! — от изумления выпалил настолько громко, что это уже походило на крик. — Сколько времени прошло?

Вздрогнувший слуга взял себя в руки.

— Не более часа, — отрапортовал он и угрюмо добавил: — Леди выглядела не особенно счастливой. — В его взгляде отразилось сочувствие. — Вернее, казалось, что её что-то заставило так поступить.

— Ничего, у неё будет возможность поведать о том, что вынудило её отправиться с Астуром в столицу, — холодно проронил и порывисто продолжил: — Позови советника, а оборотням дай другого сопровождающего.

— Как прикажете, господин, — дворецкий сдержано поклонился. — Будут ли ещё какие-нибудь распоряжения?

— Нет, — покачал головой. — Если что-нибудь понадобится — я сообщу.

— Хорошо, — кивнул он и спешно удалился.

Я вновь обернулся к окну, ощущая, как внутри пробуждается разъярённый дракон, и с трудом сдержался, чтобы не перевоплотиться. Недавнее предчувствие стало откровенным осознанием, что принц решил заполучитьмою Истинную,невзирая на благословение её родителями нашего брака.

— Ну что ж, Астур, моей вины в твоих неприятностях нет, раз случай с наследником дриад тебя ничему не научил, — угрюмо пробормотал под нос. — Похоже, нынешнее поколение будущих правителей слишком любят заглядываться на то, что им не принадлежит.

Резко отвернулся и порывисто убрал футляр с кольцом в карман. Если поступок принца можно объяснить присущей ему алчностью, то вот поведение Дилавии оставалось загадкой. Почему она подчинилась Астуру и согласилась отправиться с ним, учитывая, прошлое нападение?

Неужели ей мало статуса супруги ректора и захотелось стать королевой? Так сказала бы, в конце концов, государств вокруг полно, и по одному её слову положил бы их все к её ногам. Ни один дракон не в силах пойти против желаний Истинной, и я не являюсь исключением.

Перед глазами внезапно возникла недавняя картина, как Дилавия пылко признавалась в любви, и стыд мгновенно переполнил сердце. Мне безумно повезло получить такую прекрасную возлюбленную, а я подозреваю её в меркантильности. Да уж, недоверие дракона к собственной Истинной — хуже быть не может.

Моя Чуждая Душа поразительно чиста и невинна, её очень мало волнуют богатства, и ещё меньше нужна власть. К тому же, Дила много раз могла отправиться к родителям и потребовать ответить согласием на предложение принца, а на моё — решительным отказом.

— Ничего, я обязательно верну её, — скрипнул зубами, ощущая жар обращения на коже. — Ну где же бродит этот советник? Наверное, стоит поискать его самому.

В этот момент в дверь постучали и в кабинет вошёл заместитель.

— Вы звали, господин ректор? — поклонился он и с любопытством посмотрел на меня.

— Да, мне придётся отлучиться на какое-то время, — нетерпеливо кивнул. — Вам придётся остаться за главного и разбираться со студентами и их родителями самостоятельно.

Дилавия(Диана)

Слова Астура заставили оцепенеть. Отлично понимала, он не просто так озвучил имеющуюся информацию. Таким образом принц намекнул, что я полностью в его власти, и если не тревожусь о собственном благе, то уж о Висарии позаботиться должна. Эх, зря недооценивала его.

— Чуждая Душа? — озадаченно подняла брови, старательно делая вид, что не понимаю о чём идёт речь. — Висария — ведьма? — Нарочито беззаботно рассмеялась. — Ваше Высочество, у вас невероятная фантазия, вам бы книги писать.

Пристальный взгляд Астура прошёл по телу дрожью, вынуждая почувствовать себя пойманной в силки птицей. Вряд ли его убедили мои жалкие попытки выставить всё ложью. Но, полагаю, доказать истинную сущность Чуждой Души ему не под силу, поэтому стоит стоять на своём.

— Книги, говорите? — он неожиданно широко улыбнулся. — Обязательно напишу, и не одну, вместе с супругой, то есть вами.

Прозвучавшая в его голосе уверенность разозлила.

— Ваше Высочество, вы ставите меня в неловкое положение, — холодно проронила. — Вам ведь известно, что родители приняли предложение Эминира, и менять жениха я не стану.

— Не станете? — усмехнулся он. — В таком случае, приготовьтесь пожертвовать подругой и всё королевство узнает, что настоящая леди Френазис мертва, а в её теле — легендарная сущность.

Сверкнувший в его глазах лёд напугал.