— Я — девушка молодая — мало ли какие цели вы преследуете, — произнесла как можно равнодушнее. — Во-первых, себя продавать и вступать какие-либо отношения не стану, во-вторых, использовать собственные силу буду только так, как посчитаю необходимым, и, в-третьих, вы никоим образом не будете подвергать мою жизнь опасности.

— За кого ты меня принимаешь, выдвигая подобные требования? — возмутился дракон.

— В данный момент я никому не могу доверять, — небрежно пожала плечами. — Либо вы входите в моё положение, либо никакого договора не будет.

— Согласен, — протянул ректор мне руку и я приняла её.

В тот же момент, наши кисти связала сияющая бирюзовая нить, рисуя витиеватые узоры на коже, похожие на какое-то заклятье. Я настолько погрузилась в созерцание, что не услышала как открылась дверь, пока чей-то гневный возглас не оповестил, что мы с Эминиром Грандисом уже не одни:

— Что ты творишь, Дилавия Сафиния Френазис?

Эминир

Чем больше присматривался к Дилавии, тем отчётливее понимал, что она — та, кто сможет снять проклятье. Окончательно убедиться позволило прикосновение к ней. Могучая сила юной герцогини уже успела крепко сплестись с энергией другого мира. Помедли я ещё несколько часов — ни за что бы не узнал, что передо мной спасительница.

Поразительно, но она нисколько не противилась стать моей ученицей. Возможно, причина заключалась в том, что новоявленная Дилавия Сафиния Френазис не понимает сути подобного магического договора. Благодаря ему, я, фактически, стану её опекуном и непосредственным начальником. Сбежать не удастся, как бы она ни старалась.

— Что ты творишь, Дилавия Сафиния Френазис? — внезапно услышал я и мгновенно узнал голос Сорифа.

Впервые наследник рода позволял себе демонстрировать гнев в моём присутствии. Неужели его настолько разозлило то, что его сестрёнка теперь принадлежит мне? В таком случае, напрашивает лишь один вывод: ему она нужна дома для каких-то тёмных делишек.

— Может сначала обратишься ко мне, как к инициатору происходящего? — обернулся и Сориф вмиг растерял всю уверенность и злость. — А в целом, именно из-за тебя нам и пришлось заключить магический договор, потому что кое-кто едва не убил собственную сестру.

Хотелось добавить, что настоящую Дилавию ему как раз удалось лишить жизни, и только каким-то чудом чуждая душа нашла пристанище в переполненном тьмой теле. Обычно они выбирали чистые сосуды и продолжали в них безмятежное существование. В последний раз такие люди встретились мне три сотни лет назад, но их уже успели заполучить другие драконы.

Проклятая ведьма! Как только ей пришло в голову наказать меня таким образом?! Её дочь нисколько не противилась нашей связи, даже больше того — выступила их инициатором. Мы оба знали, что это ничего незначащие отношения, да и мыслей о замужестве у неё не было. По крайней мере, она отказывала всем, и меня выбрала не только как любовника, но и как щит от многочисленных брачных предложений.

— З-здравствуйте, г-господин ректор, — запинаясь поздоровался братец Дилавии. — П-простите, но родители будут против подобного развития событий, поэтому я не сдержался и возмутился.

— С герцогом я поговорю лично, тебя это не должно волновать, — холодно проронил, ставя зарвавшегося юнца на место. — А леди Френазис с этой минуты является моей непосредственной подопечной и принадлежит мне. Предупреждаю в первый и последний раз — коснёшься её и будешь иметь дело со мной.

— Х-хорошо, господин ректор, — испуганно кивнул он, бросил злой взгляд на сестру и торопливо покинул комнату.

Лишь сейчас я осознал, что она уже поразительно долгое время хранит молчание.

— Дилавия, ты плохо чувствуешь себя? — повернулся к ней и она подняла на меня глаза. Внезапно на её лице возникла ехидная усмешка.

— Так, получается, я ваша подопечная, — на прекрасном безмятежном лице не возникло ни единого признака злости и в тот же момент я ощущал, что она вовсе не рада услышанному. — Интересно, что ещё вы скрыли от меня? Может, подопытную из меня планируете сделать?

Надо бы постараться успокоить её пока дело не приняло серьёзный оборот.

— Ну что ты такое говоришь, — мягко улыбнулся. — Магический договор между мастером и учеником подразумевают более близкие и крепкие отношения, чем ректор — студент.

— Более близкие? Чего? — бледные щёки ярко вспыхнули. — Вы ведь дали слово, что ничего не сделаете без моего согласия!

Её неожиданное смущение отчего-то развеселило меня.

— Дилавия Френазис, ты что ещё выдумала себе там? — произнёс, с трудом сдерживая смех. — Взять родителей — они довольно близки с детьми, не находишь?

Девичье лицо недоверчиво скривилось.

— Вы сейчас серьёзно пытаетесь убедить меня, что станете моим пап… эм… отцом? — покачала она головой. — Да скорей я поверю, что братик испытывает ко мне безумную любовь.