— Кровь я предпочитаю из бокала пить, — по-прежнему не смотря на меня, заявляет он. — Разве можно благородные напитки пить, подобно какому-то… чаю? Вы бы еще с водой ее сравнили, — хмыкает он.

— Действительно, что это я, — не сдерживаюсь и начинаю смеяться. Даже не знаю с чего больше, с его слов или с его поведения.

— Что это вы смеетесь? — мой смех все же заставляет его посмотреть на меня. Но его взгляд такой растерянный, что мне становится только смешнее.

— Никогда не думала, что вампиры могут быть такими… такими… забавными, — наконец нахожу подходящее слово, отчего его удивление становится только больше.

— Это я-то забавный?! — негодует он. — Это я, который спас вас от смерти, закрыл собственным телом?..

— Ладно, ладно, простите, — пытаюсь сдержать смех, но сделать это получается не очень хорошо. — Вы, сэр Гарренс, мой спаситель и самый настоящий герой!

— Так-то лучше, — улыбается он. Но не самодовольно. Скорее просто попадает под влияние моего веселья и тоже хочет смеяться. — А вас, леди Амелия, я попрошу в будущем с крыши не падать. Я хоть и вампир, но мне все равно больно!

— Больно? — на этот раз мне уже становится не смешно. Он ведь действительно, чтобы спасти меня, упал, ударился о землю… А я сижу тут на траве и смеюсь над ним. Как-то нехорошо получается. — Давайте я осмотрю вас, — предлагаю запоздалую, но все же помощь.

— Не нужно меня осматривать, — отказывается он от помощи. — Просто обещайте, что постараетесь обойтись без глупостей.

— Постараюсь, — соглашаюсь очень даже охотно. Боюсь, что следующую глупость я могу уже не пережить.

— Да, и еще… — начинает он, но тут же обрывается. И… мне даже кажется, что он немного краснеет.

— Вы еще что-то хотели, сэр Гарренс? — спрашиваю, надеясь, что в этой просьбе не будет ничего нехорошего.

— Да, хотел… Леди Амелия, прошу вас не отказать мне и согласиться на непродолжительную прогулку. Может ведь спаситель рассчитывать на такую малую, но очень приятную благодарность?

— Прогулку? И только? — смотрю на сэра Гарренса с подозрением. Почему-то мне не верится, что он может ограничиться одной лишь только прогулкой. Даже невероятное спасение не мешает мне считать его несколько наглым и прилипчивым.

— Только прогулку, — кивает он. — Разве могу я позволить себе что-то еще, леди Амелия?

— Не знаю, может ли что-то помешать вам выйти за рамки приличия, сэр Гарренс, — несколько игриво улыбаюсь я. Несмотря на наглость, он мне нравится. — Но поверю вам на слово. Ведь именно от вас зависит, как мы будем общаться в дальнейшем.

Понимание, что передо мной самый настоящий вампир, конечно, смущает и даже напрягает. Но внешне он никак не отличается от обычного человека, да и манеры общения у него очень даже приличные…

Да что уж там саму себя обманывать? Сэр Гарренс кажется мне весьма симпатичным и даже привлекательным. Очень даже привлекательным.

Может быть, и нет разницы между вампиром и человеком? Разве что в том, что он пьет кровь, а я ем обычную пищу. Впрочем… это ведь даже неплохо. Значит не поругаемся из-за вкусняшек! И…

Стоп! Какие еще вкусняшки? Я вообще в своем уме? Я ведь с ним едва знакома, а уже фантазирую себе не пойми что!

Интересно, у вампиров, случайно, нет какой-нибудь способности к соблазнению или чему-то подобному?

Спрашивать не решаюсь. Просто решаю быть осторожнее со своими желаниями. Я ведь не какая-то молодая и глупая ведьма, как они считают, а взрослый и вполне успешный юрист!

— Обещаю вас не разочаровать, — сэр Гарренс предлагает мне локоть и смотрит такими добрыми глазами, что я без колебания принимаю его приглашение.

— Что же, даю вам шанс, сэр Гарренс, — улыбаюсь ему. — Очень надеюсь, что эта прогулка мне понравится.

А еще я надеюсь, что за время прогулки я смогу с ним подружиться и уговорить вытащить меня из этого гиблого места. По-прежнему боюсь, что здание рухнет мне на голову или подо мной проломится пол и я упаду и сверну шею.

Но действовать нужно осторожно. Ведь сэр Гарренс хоть и молод, но он кажется, мне умным. Не сомневаюсь, что он с легкостью распознает простую хитрость. Не зря ведь его наняли Фредерик и Лоренса. И что бы мой спаситель не говорил, он по-прежнему остается моим надзирателем.

— Скажите мне, леди Амелия, почему вы от меня убегали? — будто услышав мои мысли, спрашивает мужчина. — Я ведь не хотел вам ничего плохого. Точно, как и сейчас не хочу.

— Подумайте сами, сэр Гарренс, — на ходу сочиняю подходящую причину. — Я — молодая симпатичная девушка. Нахожусь в доме в полном одиночестве. Тетя и дядя ушли по делам. И тут заявляетесь вы и… начинаете показывать мне свои вампирские штучки. Как я, по-вашему, должна была на них реагировать?

— Восхищаться? — самовлюбленно предполагает он. — Вы ведь должны помнить, какие способности были у вашего отца. Ваши родители ведь погибли, когда… когда вам было шесть или семь?