— Понял. Ты сейчас шутишь. Просто шутишь, чтобы смутить меня.

Возможно, в моём голосе появилось чуть игривое лукавство. И он понял, что я согласна. Без слов. Поэтому, схватив меня за руку, потащил меня прочь.

— Эй! Мне нужно забрать свои вещи!

— Где твоя комната?

Он тут же остановился и стал оглядываться.

— Вон там, — я указала в нужном направлении...

* * *

Когда чемодан уже был готов, я вдруг вспомнила о Виолетте. Замерла посреди комнаты, задумалась. Неужели оставлю девочку здесь одну? Она ведь надеялась на меня. У неё сумасбродная мать. Странный отец. Что же делать?

Я обернулась к Илье, который всё это время сидел на стуле и нетерпеливо покачивал ногой.

— Я должна поговорить с Виолеттой.

Он не обрадовался, но спорить не стал.

Я осторожно прошлась по коридору и постучала в дверь её спальни. Она открыла не сразу. Но когда это произошло, я увидела заплаканное лицо — и мне стало её жаль вдвойне.

— Мы можем поговорить? — произнесла мягко.

Виолетта кивнула и отошла в сторону, пропуская меня.

Я прикрыла дверь и сказала прямо:

— Дорогая, извини, но я должна уйти. Я знаю, как сильно ты хотела, чтобы я осталась с тобой. Но твой отец… он хочет слишком многого. Он говорит о браке. А я замужем. И, признаюсь, я люблю своего мужа. Поэтому я не могу остаться. Я обещала мужу, что вернусь в семью…

— Я снова одна… — прошептала девочка с тоскливыми нотками в голосе. — Похоже, у меня и вправду никого не будет.

— Я буду навещать тебя, обещаю, — сказала я, подходя ближе и опуская руку на ее плечо. А у самой сердце сжималось от боли.

— Отец не отпустит тебя так просто, — проговорила она тихо. — Он довольно злопамятный человек. Ему трудно расставаться с людьми. Но уж если расстаётся — то окончательно…

Мне стало так жаль малышку, что я всерьёз задумалась: а могу ли я действительно уйти столь поспешно? Но тут мне в голову пришла одна мысль.

— Послушай, мне кажется, что ваш образ жизни нужно менять. Твоя мама должна попасть к хорошим врачам, в больницу. Им под силу ей помочь. Может быть, подберут лечение, назначат нужные препараты. Разве правильно держать её здесь — взаперти, связанной?

Виолетта посмотрела на меня с загоревшейся надеждой в глазах:

— Правда? А папа говорил, что она умрёт от такого лечения…

— Я так не думаю. Всё зависит от условий и подхода. Деньги дают возможность найти лучшего специалиста и попробовать помочь. Почему бы не попытаться?

Её глаза засияли:

— Получается, папа был неправ?

— Не совсем, — осторожно ответила я. — Возможно, он просто привык никому не доверять. Поэтому и подстраховывается. Давай я сама попробую найти хорошего врача. Кстати, я слышала об одной удивительной женщине. Она — супруга какого-то княжича, зовут её Варвара Васильевна*. Фамилию не помню, но её очень хвалили. Возможно, она бы смогла помочь.

— Да! — встрепенулась Виолетта. — Я тоже слышала о ней. Я бы очень хотела, чтобы что-то изменилось…

Виолетта ожила немного, после чего добавила:

— Ладно, — она взглянула на меня уже мягче. — Уезжайте. Я не хочу, чтобы вы оставались из-за меня. Но, пожалуйста, исполните своё обещание и постарайтесь найти для мамы хорошего врача. Только отцу ничего не говорите. Он не только не впустит никого в дом, но и… в общем, просто не говорите. Я сама открою докторам дверь, чтобы они могли войти. Хорошо?

Я улыбнулась:

— Договорились, малышка. Спасибо тебе за всё.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— И вам спасибо, барышня. Желаю вам счастья.

Её улыбка стала последним, что я увидела в этом доме.

* * *

Возвращение в поместье Ильи было по-настоящему ярким. Как только я вошла в холл — а муж задержался во дворе, чтобы дать распоряжения конюхам — на меня налетел безумный вихрь: три головы, шесть рук и шесть ног. Эти руки обнимали меня со всех сторон, головы утыкались то в живот, то в бока.

Я рассмеялась, пытаясь вырваться:

— Отпустите! Мне щекотно!

— Лидия вернулась! — закричал Арсений. Да, одна голова принадлежала ему.

— Ты вернулась! — раздались ещё два голоса.

Это были неугомонные близнецы.

Ошеломлённая таким приёмом, я по очереди погладила всех по головам и сказала:

— Да, я вернулась. Как интересно и приятно вы меня встречаете — я действительно тронута!

— Я так скучал! — проскулил Арсений.

— А ещё мы хотим твоих тортов! — в один голос заявили близнецы.

Я снова засмеялась:

— Ах, вот оно что! Так вы меня из-за сладкого ждали, мои вы маленькие хитрецы…

Вслед за ними вошёл Илья. Когда я обернулась, то заметила, что он смотрел на меня с такой мягкой, тёплой улыбкой, какой я никогда раньше у него не видела.