Я демонстративно отвернулась, давая понять, что о нём думаю.

Тёплая кровь нескончаемо текла из моей щеки, тут же становясь холодной, но боли я до сих пор не чувствовала, как ни странно. Мне скорее было дискомфортно от промокшего платья на груди, что заставляло мёрзнуть сильнее несмотря на наличие шубы.

Маги засыпали снегом пентаграмму и артефакты в виде небольших серых камней с рунами, которые разложили по периметру.

По приказу Дикториана все орки отошли подальше, присели на корточки и укрылись белыми покрывалами.

До сих пор сопротивляющегося Загмара связали по рукам и ногам крепкими верёвками и оттащили подальше с глаз долой, спрятав за кустами. Так как он сильно ругался и сыпал проклятиями, ему завязали и рот.

Повариха тоже спряталась под покрывало, только не с орками, а за ними.

Колдуны, как по волшебству, вдруг стали белыми, точнее — их чёрные балахоны побелели. Маги встали подальше от ловушки, склонили головы и спрятали руки в рукава, таким образом стали практически незаметны, по крайней мере сверху наверняка так и есть.

Сам же Дикториан находился рядом со мной, видимо, чтобы поддерживать моё плохое самочувствие. Он даже нож опять наготове держал, приставив к моей второй щеке.

Хотя это было необязательно: я и правда чувствовала себя очень плохо, ещё и постепенно теряла сознание: в глазах мелькали чёрные мушки, в ушах стоял гул. Я опустила голову, так как держать её уже совершенно не было сил.

— Не спи, самое интересное пропустишь, — снова съехидничал Дикториан и сильно толкнул меня в бок.

Сделав над собой усилие, я подняла голову и посмотрела на него. Видела я плохо: вместо его лица лишь бледное пятно в обрамлении тёмных волос, поэтому очень пожалела, что не смогу понять, как он отреагирует на мои слова:

— Бедняга, как же тебе тяжело.

— Что? — спросил он. — О чём ты? У меня всё идёт замечательно! Всё по плану.

— Я не о том, что ты творишь, а о твоём внутреннем состоянии. Должно быть, очень тяжело, когда тебя никто не любит.

— Неправда! Меня любит мать. И мои будущие подданные.

— Нет, глупыш, мать тебя не любит, ты для неё всего лишь способ взобраться на престол. А что касается подданных, то тебя будут ненавидеть куда больше, чем твоего брата.

— А ну, замолчи! — чуть ли не взвизгнул он. — Иначе я убью тебя раньше времени!

Ух ты! А я молодец: задела-таки полу-дракона за больное место. От радости у меня даже сил прибавилось и я смогла разглядеть его искажённое в злобной гримасе лицо.

— Не убьёшь. Я тебе живой нужна.

— Скорее полуживой. Так что лучше молчи, а то ведь я могу всю тебя искромсать, умирать будешь долго и мучительно, — прошипел Дикториан, проводя острием ножа по моей шее, но без нажима, так что пореза не произошло.

— Летит! — крикнул кто-то из засады и мы оба устремили взоры вдаль.

В небе виднелось что-то вроде небольшой птицы, но это я так видела своим обычным зрением, поэтому в душе надеялась, что это не дракон.

А вот Дикториан, судя по всему, видел лучше в силу своих особенностей, поэтому довольным тоном произнёс:

— Хм, тебе повезло, ты и правда — истинная.

— В чём повезло, придурок?! — не выдержала я.

— Э-э-э, полегче, перед тобой всё-таки будущий король. Будешь вести себя паинькой, так и быть, пощажу и даже позволю жить в моём дворце, в качестве прислуги, ах-ха-ха!

— Не боишься, что отравлю, — съязвила я, с трудом сдерживая дрожь в голосе и с замиранием сердца продолжала следить за приближающимся ящером в небе, очертания которого уже хорошо угадывались.

— Неа! Не боюсь. На мне магическая защита от ядов. Точно такая же и на моём брате, иначе мы бы уже давно его отравили и не заморачивались бы с ловушками. Сначала я расстроился, когда узнал, что прибыла истинная Джералофа, и сгоряча хотел тебя убить. Только потом смекнул, что ты — не проблема, а подарок богов, который можно использовать для поимки ненавистного братца. И вот он, пожалуйста! — ладонью указал на летящего дракона.

— Нет! Улетай! Джералоф! Это ловушка! — закричала я, что есть мочи и закашлялась.

Дракон ответил пронзительным криком и вместо того, чтобы послушать меня, ускорился.

— Умница, — похвалил меня Дикториан. — Всё правильно делаешь. Можешь ещё покричать, твой голос для него — лучшая приманка. Ну, давай же, кричи, — снова толкнул он меня в бок.

— Иди к чёрту! — выплюнула я в него слова и в который раз тщетно попыталась пошевелить руками, чтобы высвободиться.