До меня наконец-то дошло! Орк откровенно издевается. Всё понимаю: я нежеланный гость и всё такое, ну не до такой же степени демонстрировать презрение! Пусть у меня нет здесь никаких прав, но я всё-таки человек, личность, а не какая-то собачонка приблудная. У меня есть гордость, и я не позволю над собой измываться.

Тем временем, пока орк вернулся к котлу и принялся наливать суп в другую, более большую тарелку, я решительным шагом отправилась к дверям.

— Э-э-э! Ты куда?! — крикнул он мне.

Я повернулась к орку и громко выпалила:

— Во дворец вернусь, пусть меня дракон найдёт! Всё лучше, чем здесь прозябать!

— А ну, стой! — пробасил хозяин дома. А я тем временем уже добежала и даже успела открыть двери, впустив в помещение холодный ветер со снегом. — Стой, я сказал! — продолжал кричать орк.

Но я уже выпрыгнула на улицу и оказалась в сугробе по самые колени.

Неприятный холодный снег проник в валенки, “обжигая” ноги в тонких капронках. Я тут же опять замёрзла. Окинув печальным взглядом белоснежную округу, по поверхности которой вьюжил ветер, я поразилась, как быстро метель намела такое огромное количество снега.

Укутавшись поплотнее в шубу, я собиралась шагнуть дальше, несмотря на глубокие сугробы и ледяной ветер, но сзади меня кто-то бесцеремонно схватил за шиворот и поднял вверх.

Этим кем-то, конечно же, был негостеприимный орк.

Расправив руки я выскользнула из шубы, снова оказавшись в снегу. Но и тут мне не удалось сбежать. Меня схватили за талию, вытащили из сугроба, и я даже опомниться не успела, как уже босиком (валенки остались в сугробе) стояла внутри дома, а за спиной громко хлопнула дверь.

Опомнившись, я снова ломанулась к выходу и врезалась в мощную грудь орка.

— А ну, с дороги! — возмущённо крикнула я и стукнула двумя кулаками по его твёрдой груди.

Орк приподнял одну бровь и с издёвкой спросил:

— Что ты там пропищала?

— С дороги, я сказала! — ещё громче повторила этому верзиле и закашлялась.

Орк нахмурился и потрогал огромной ладонью мой лоб.

— Этого ещё не хватало! И за что боги меня так наказывают?

Не говоря больше ни слова, орк схватил меня в охапку и куда-то потащил, несмотря на все мои возмущённые крики и обещания расквитаться с ним, как только представится возможность.

Более того, он меня ещё и раздел! Оказавшись без своего шикарного платья, в одном нижнем белье и колготках, я сначала опешила, а потом и вовсе набросилась на хозяина дома с кулаками. Потому как платье он моё порвал, громила безмозглый.

Я столько денег за него отдала!

Орк опять схватил меня за талию и бросил на огромного размера кровать, где я в буквальном смысле провалилась в пуховой перине.

— Угомонись, я сказал! — рыкнул он на меня.

— Пошёл к чёрту! Ничего у тебя не выйдет! Только попробуй ко мне приблизиться, ухо откушу! — орала я, пытаясь выкарабкаться из перины, как из сугроба.

— Да больно нужна ты мне, селёдка тощая!

Что?! От возмущения я какое-то время открывала и закрывала рот, словно и правда была рыбой. Никто и никогда меня так не оскорблял. Меня, наоборот, хвалили за мою стройную фигуру. Да что этот верзила понимает в настоящей женской красоте?! Сам он урод, каких поискать!

— А ты… А ты… Мордоворот безмозглый! Слизняк тупорылый! Жаба пупыпрчатая! — Орк стоял и, скрестив руки на груди, смотрел на меня абсолютно спокойно. Словно его нисколько не задевали мои обзывательства. Меня это задело куда больше. Набрав в грудь воздуха, я ещё громче выкрикнула: — Орчина тупая! — закашлялась. Так как опять никакой реакции от орка не последовало, я перевела дух, усмирила кашель и продолжила: — Бегемот! Носорог! Слоняра ушастый… — дальше говорить уже не смогла, потому что голос пропал начисто.

Орк, приподняв одну бровь, равнодушно пробасил:

— Никогда не слышал о таких животных.

Исчерпав все силы, я нашла в ногах одеяло, укрылась и отвернулась от неприятного собеседника. К тому же говорить всё равно не могу.

Только в этот момент я поняла, что мне и правда нехорошо: знобит, лоб горит, в горле ужасно першит.

Вот же угораздило-то!

Мало того, что в чужом мире оказалась, так меня чуть в тюрьму не упекли, хотели убить, несколько раз оскорбили, ещё и заболела вдобавок. Ну вообще “весело”.

Хорошо, хоть орк всё-таки в постель меня уложил, а не на пол, как обещал.

Орочьи тяжёлые шаги удалились. Повернувшись на спину и приподняв голову, я осмотрела комнату: немного меньше предыдущей, но довольно уютная. Одна кровать с мягкой периной чего стоит. И одеяло такое же мягкое. Никогда не спала в подобных условиях. Пожалуй, это самое приятное, что со мной здесь произошло.

В носу что-то защекотало. Я громко чихнула. Эх, а вот болеть неприятно.