— Ух ты, взгляд-то какой, — вдруг восхитился Дикториан. — Только это тебе не поможет. Ты не драконица, хоть и являешься истинной.

Дик достал нож и прикоснулся его холодным лезвием к моей щеке.

— Что ты делаешь?! Прекрати! — рвался к нам Загмар, пытаясь освободиться аж от четырёх соплеменников, упорно державших его.

— Дружище, приди в себя, она всего лишь человечка, — проговорил Дикториан.

— Как и твоя мать! — огрызнулся орк.

— Но-но! Меня не трогать! — выкрикнула повариха. — Я не простая человеческая женщина, я от дракона родила. Значит, я — особенная! — с гордостью заявила мать Дикториана.

— Она тоже особенная! — кивнул на меня Загмар.

Повариха скривила недовольную гримасу, посмотрев на меня.

— А это уже неважно. Королевой всё равно я буду, — опять задрала она нос.

Услышав это её заявление, Дикториан, убрав лезвие от моего лица, тяжело вздохнул и повернулся к ней.

— Ты не будешь королевой, мама, ты будешь матерью короля, а это немного разные вещи.

Повариха опять недовольно скривилась, но тут же улыбнулась сыну.

— Хорошо, сынок, ты прав.

Пока Дикториан разбирался с матерью, я могла немного выдохнуть и получше оценить обстановку. Не знаю, на что я рассчитывала, но я не теряла надежды на спасение. Да, мне в этом мире не везёт, учитывая, что я постоянно от кого-нибудь вынуждена бежать и меня постоянно ловят. Но в тот же момент мне, можно сказать, везёт, что я всегда остаюсь живой и невредимой, несмотря на все испытания и ужасы, которые здесь встречала.

Даже ликаны меня не съели. Кстати, о ликанах: вдалеке я увидела пару тёмных силуэтов, по очертанию похожих на них. Они выглядывали из-за голых кустарников, растущих у подножия скалы. За скалой простирался густой хвойный лес, скорей всего оттуда они и пришли, поинтересоваться, что здесь происходит.

Я перестала следить за человеко-зверями, так как Дикториан снова приставил лезвие ножа к моей щеке и ехидно улыбнулся.

— Сейчас проверим, какая ты особенная.

Я не сразу ощутила резкую боль, видимо из-за холода, но хорошо почувствовала собственную тёплую кровь текущую по щеке и шее.

— Ты что делаешь?! — опять взревел Загмар, вырываясь.

— Ничего страшного, лишь чуток поранил. Жива останется твоя человечка, не волнуйся, — равнодушно ответил ему Дикториан, даже не повернувшись к нему. И тут же, ехидно улыбнувшись, видимо обращаясь ко мне, добавил: — Только лишь красоту потеряет, — приблизившись, шепотом, — это тебе за мои шрамы.

— Мстительный ты, сукин сын, ничего у тебя не выйдет, — прошипела я ему в лицо.

— Выйдет, ещё как. Если ты и правда истинная, то дракон почует, что ты в смертельной опасности, и прилетит тебя спасать.

— А он точно почувствует? — усомнилась вдруг повариха. — Он её не чувствовал, когда она рядом во дворце была, а тут - на приличном расстоянии.

— Почувствует, — уверенно ответил Дикториан. — Для этого я и пустил ей кровь: чем больше она будет ослабевать, тем быстрее он примчится. Когда дракон в истинном обличии, и тем более если истинная в опасности, его инстинкты затмевают разум. Он и не заметит, как в ловушку угодит. А когда он попадётся, колдуны проведут ритуал и вся его драконья сила перейдёт ко мне — его ближайшему родственнику. — Дикториан испытывал неподдельное удовольствие, рассказывая мне подробности своего зловещего плана, а мне хотелось его убить, настолько я его возненавидела. — Оу, кровь перестала бежать, надо исправить, — добавил он и полоснул меня ножом по этой же щеке ещё раз.

— Клянусь богами, если ты не остановишься, я тебя убью, — сквозь зубы проговорил Загмар.

Дикториан удивлённо посмотрел на него.

— Правда? Даже несмотря на нашу клятву?

— Плевать на клятву! — прогремел голос орка на всю округу.

Во взгляде Дикториана мелькнул страх, но лишь на секунду. Он громко рассмеялся и, резко успокоившись, произнёс:

— Видишь ли, когда я стану полноценным драконом, то прежний наш договор утратит силу. Поэтому мне придётся убить тебя первым. А ведь мы могли бы дружить. Я бы дал тебе отличную должность при дворце. Но - увы!

— Какой же я глупец, что поверил тебе, — проговорил Загмар, не отрывая от Дикториана ненавидящего взгляда.

Как же мне хотелось сказать ему, мол, я предупреждала, и мне казалось, ты меня услышал, но ты решил: “Что может понимать какая-то иномирянка?” Вот, теперь получай. Только мне от этого не легче: под угрозой жизнь дракона, да и моя тоже.

Загмар словно услышал мои мысли, перевёл на меня взгляд и переменился в лице, он словно просил у меня прощения.