Как же всё это паршиво!

Но от переизбытка наполненности резерва я пошатываюсь, и перед глазами темнеет снова. К горлу подкатывает тошнота.

Не хватает ещё сотрясения…

Опираясь ладонью о стену, потихоньку сползаю на пол.

Норэл Грасс, спокойно завершив ритуал, выходит из палаты. Не даёт мне упасть, лишь придерживает, когда я оседаю на пол.

И Кайн видит перед тем, как отключиться, как тот, кого он обещал стереть с лица Мироздания, гладит меня по голове со словами:

— Хорошая девочка, послушная девочка. Он ведь не знает о нашей с тобой связи. И лучше ему и дальше не знать.

Римел не учел одного: Кайн отключается не сразу. Он моргает ещё один раз, прежде чем погрузиться в Небытие.

Бездново пекло…

Прикрываю глаза и просто сижу так некоторое время.

И ведь никому ничего не расскажешь…

Норэл, убедившись, что Кайн отключился, снимает свой амулет.

— Вам нужна помощь? Ректор Грасс, что происходит? — восклицает заведующий целительским крылом.

Двое других, рядовых целителей и один лекарь осматривают Кайна и меня.

Ректор уже вернул свой истинный облик, сняв амулет.

— Адепт Дарквуд перенапрягся, оставьте его до утра. Приведите в порядок перед Играми, — поджимает губы ректор Грасс. — Мальчику сложно, только сегодня увидел мать спустя два года. Нервы сдали. Личная просьба: подберите ему успокаивающую настойку с длительным эффектом.

Дальше я смутно помню, потому что сознание всё-таки покидает меня…

* * *

Я просыпаюсь в своей комнате от головной боли.

Сильно приложилась о стену. Но тошноты не ощущаю больше. Значит, не сотрясение.

И тут же страх: Кайн придет за мной. Он не даст мне и возможности что-то сказать.

И я не смогу объяснить. Пока на мне привязка к Норэлу…

Откинув одеяло, бросаю взгляд на соседнюю кровать, где спит Эльза. Слабость в теле не позволяет действовать быстро. Кое-как одевшись, выскальзываю из комнаты. Мы остановились в гостинице напротив госпиталя Святой Магнолии. До императорской академии, где раньше училась элита теневых драконов, рукой подать. Именно там и пройдут Главные Игры через два дня.

И я, превозмогая слабость, плетусь к комнате Чейза. Знаю, что Кайна оставили в госпитале. Ректор Грасс не позволил бы ему так быстро вернуться.

Отчаянно стучусь в комнату. Через пару минут открывает сонный и удивленный Чейз. Парень стоит в одних пижамных черных штанах, с босыми ногами.

— Айра? — сонно растирает лицо ладонью и приподнимает бровь, глядя на меня. — Что-то случилось?

— Он убьет меня, — севшим голосом произношу, ощущая, как крупная дрожь бьёт всё тело. — Кайн убьет меня!

Шайн, недовольный ранним пробуждением, встаёт с кровати, поправляет домашние штаны и накидывает футболку.

— А есть за что? Ты расскажи. И мы либо поможем тебе, либо ему, — оскаливается Шайн мрачно.

— Тормози, Шайн, — хмурится Чейз, приглашая жестом в комнату. — Что происходит, Айра?

А у меня сводит гортань. Я не смогу рассказать.

Беспомощно опускаюсь на ковер и смотрю в пол. Потому что… Потому что я не знаю, что мне теперь делать. Там, за окном, алеет рассвет. Выглядит жутко, кроваво. И очень символично.

— Кайн? — хмурясь, Чейз смотрит за мою спину, на дверь.

Тяжёлые шаги, и меня рывком дёргают вверх. Пальцы Кайна смыкаются на моей шее. Крепко, но не сдавливают. Лишь держит так, показывая, что стоит ему сжать хватку — и мир для меня погаснет.

В синих глазах отражение дикой, неконтролируемой ярости и боли.

— Кайн, брат, отпусти ее. Что происходит-то хоть? — мрачно произносит Шайн.

Кайн молчит.

— Кайн, — с нажимом говорит Чейз. — Не делай глупостей.

Блондин кладет руку на пальцы Кайна, что покоятся на моей шее, и пытается разжать их.

— Айра, мы тебя слушаем, — вздыхает Чейз, не отходя от меня. Понимает, наверное, что бессмысленно сейчас отцеплять от меня Кайна: не отцепится.

Кайн же просто молча прожигает меня таким взглядом, после которого от меня могла бы точно горсть пепла остаться. Гортань сводит, и я вновь не могу выдавить ни слова.

— Не смогу объяснить, — шепчу я, понимая, что в западне.

— Дай я ей в голову залезу, что ли, — предлагает Шайн.

— Объяснение предательству? — усмехается зловеще Дарквуд. — Скажи мне, моя маленькая и милая предательница, где он? Где Римел? Как давно ты с ним связана? Какого хрена вы делали с моей матерью⁈

Я молчу. В носу свербит, а на глазах выступают слёзы.

И Чейз делает то, чего я не ожидаю.

Он заслоняет меня своей спиной, используя магию, отдергивает руку Кайна от моей шеи. Так, словно обжигая того. Дарквуд сжимает челюсти.

— Кайн, — поджимает губы блондин, хмурясь.

— Чейз. Отойди. Иначе друга у меня не будет больше.