Девушка улыбнулась шире и положила ледяную руку ей на щёку.

— Ты позвала меня, и я пришла. Теперь всё будет хорошо, — ответила она.

У неё перехватило дыхание от осознания и ужаса. Она отстранилась от девушки и отползла чуть в сторону. Та в ответ продолжала улыбаться, но глаза у неё стали холодными, как сталь.

— Ты — тень мира, — утвердительно сказала Адель.

Снежка кивнула.

— А ты — его боль и надежды. Тебе долго пришлось страдать в одиночестве, но всё уже почти закончилось, — с печалью в голосе отозвалась она.

— Ты уничтожишь мир? — спросила Адель.

— Нет, у круга нет начала и конца. В этот раз у существ не получилось создать такой мир, чтобы мы не появились на свет. Теперь нам нужно исполнить своё предназначение. — Снежка встала и протянула ей руку.

— Предназначение? Я всё это время только страдала! — Адель оттолкнула её руку и поднялась на ноги.

Лицо Снежки исказилось от боли.

— Я знаю. Ты не видела меня, но я всегда была рядом в ожидании твоего окончательного решения. Мне плевать на этот мир. Я не вижу ни его красоты, ни необходимости в существовании, поэтому ты должна была либо призвать меня, либо отвергнуть. Ну раз уж я уже здесь, то они все поплатятся за содеянное! — кровожадно произнесла она.

Адель передёрнуло. Она много думала про уничтожение мира, но, только столкнувшись с его тенью, поняла, что это будет означать для других. Перед глазами всплыло лицо Раниира. Вскоре по её вине всё, чем он дорожит, — умрёт, ровно как и он сам.

— Погоди, может…

— Нет! Ты не заслужила тех мучений, которым они тебя подвергли. Теперь я могу помочь тебе и сделаю это любой ценой. Так будет правильно и справедливо. Я родилась ради этого, — жёстко и непреклонно сказала Снежка.

Адель не смогла возразить ей. По щекам у неё потекли холодные слёзы. Лицо сестры смягчилось.

— Подожди ещё совсем чуть-чуть. Моя армия почти готова к финальному походу. — Она осторожно стёрла слезу с её щеки, потом развернулась и ушла.

Адель задрожала. Действительно ли это правильно? Её заполнили воспоминания о всех агониях последних лет. Да, этот мир жесток. Возможно, даже настолько, чтобы… Её размышления прервала мелодия из воспоминаний, которую она не сразу узнала. Так играла коробочка, которую ей показал Раниир за последним завтраком. Нежная музыка заставила её расплакаться ещё больше.

— Ты говорил, что изменишь мир, так почему он только приблизился к гибели?! — отчаянно выкрикнула она в пустоту.

В её голове начали возникать образы красоты ночного неба, тепла чашки супа, радости от восхода солнца и любви Раниира. Сейчас она окончательно поняла, что успела полюбить его. Пусть ненадолго, но он стал тем лучом света, что вытащил её из темноты. Если миру вскоре придёт конец, то он должен узнать об этом.

Адель собрала остатки сил и, утопая в сугробах, пошла к замку. Ещё издалека она заметила изменения. Дом Раниира оказался наполовину разрушенным. Тут и там лежали обломки и тела. Война усугубилась. Она почти успела дойти до ворот, когда стража заметила её и направила оружие.

— Стоять! — рявкнул один из мужчин.

Она послушалась.

— Меня зовут Адель. Передайте Ранииру, что я вернулась, — попросила она, дрожа от накатившего холода.

Стражники не сдвинулись с места.

— Пожалуйста, — недовольно добавила она.

Один из мужчин кивнул и ушёл. Не прошло и пяти минут, как ворота открылись и оттуда выбежал мужчина с уже тронутыми сединой волосами. Адель настороженно замерла. Он остановился прямо перед ней и осмотрел с ног до головы. Она посмотрела в его карие глаза и, наконец, узнала.

— Раниир?

— Адель… — с изумлением выдохнул он и сгрёб её в охапку.

Она снова почувствовала знакомое тепло его тела и подавила слёзы.

— Где ты была? Почему сбежала? Я искал тебя почти двадцать лет, — грустно произнёс он.

— Прости, — выдавила из себя она.

Предательские слёзы полились вниз. Раниир отстранился, внимательно и участливо посмотрел на неё, а потом вдруг поднял на руки. Она прижалась к его груди, пряча лицо от остальных. Он молча принёс её в замок и усадил поближе к камину. Адель выставила вперёд руки, пытаясь согреться.

Раниир начал ходить из угла в угол. Она осмотрелась и узнала его старый кабинет с кроватью, огромным тёмным столом, картой и книжным шкафом. Единственным изменением стала королевская печать, лежавшая на столе.

— Ты таки стал королём?

— Да, но изменить ничего не удалось. Корона — вещь красивая, но совершенно бесполезная, — проворчал он.

— А семья? — боясь услышать ответ, спросила она.

Раниир резко остановился и серьёзно посмотрел на неё.