— Это не имеет значения, — безразлично отозвался он.

— Нет, имеет! — Юми подошла к нему ближе. — Что случилось, когда ты попытался изменить судьбу?

Феликс замолчал. Юми отчётливо слышала щебетание птиц и шум фонтанов за окном, пока ждала его ответ.

— Её звали Канаири, и ей было суждено разделить мир надвое. Я огласил пророчество, а она в ответ поблагодарила за то, что лично принёс его ей. Я влюбился, как мальчишка. Мы провели вместе всё время до её совершеннолетия. Кане перестали признавать в ней принцессу, затем начали избегать, а в итоге и издеваться над ней. Адель, как первый оракул, предупреждала меня, что наши отношения с Канаири закончатся плохо, ведь могла видеть не части будущего, а всё целиком. Я разозлился и сказал, что это она сделала меня оракулом, которым я быть не хотел. Мы с Канаири сбежали, а люди и существа начали охоту за нами. Конфликт усугубился. Ежедневно умирало столько народу, что сейчас их кости у нас под ногами на каждом шагу. Нас загнали в угол, и тогда Адель сама разделила миры и исчезла, а Канаири… После всего этого она сказала, что я ей больше не нужен. Я не знаю, как изменить судьбу. Конец истории. — Феликс сжал руки в кулаки.

Юми почувствовала, как к горлу подступает комок.

— Мне жаль, что тебе пришлось пережить подобное. — Она попыталась взять его за руку, но он вырвал свою и круто развернулся к ней лицом.

— Если тебе действительно жаль, то прекрати всё это. Я не хотел становиться твоим учителем, но их выбор пал на меня. Видимо, я не слишком сильно раскаялся в содеянном, раз все дали мне посмотреть на собственное отражение, — рявкнул Феликс.

— Я не могу позволить Дихене страдать, — упрямо отозвалась Юми.

— Вполне вероятно, что из-за твоих действий всё станет куда хуже, чем ты можешь себе представить. — Феликс покачал головой.

— А возможно, я найду выход, который устроит всех. Тогда не придётся слепо следовать словам тех, кого мы даже не видим! — не выдержала Юми.

Феликс нахмурился и опустил взгляд. Он точно давно и долго думал о подобном, но, помня о последней попытке, так и не решился на новую. Он остался жить в плену бессмертной судьбы, выполняя долг из столетия в столетие. Юми прикусила губу, поняв, о чём говорил Феликс. Сейчас она видела в нём собственное возможное будущее. Сердце Юми сжалось. Она мягко взяла его лицо ладонями.

— Я не верю, что тебе так уж безразличен этот мир. Ты скорее пытаешься убедить в этом самого себя. Пожалуйста, помоги мне, — искренне попросила она.

Опустилась оглушающая тишина. Феликс глубоко задумался. Юми же продолжала смотреть в его глубокие блёклые глаза и ждать ответа.

— Адель вела записи. Возможно, в них есть решение, — в итоге нехотя сказал он.

— Спасибо. — Юми улыбнулась.

Феликс накрыл руками её ладони.

— Я тут открыл почти смертельный секрет, и «спасибо» — это всё, что ты мне скажешь? — он вернул в свой голос хитрые нотки.

Юми на пару секунд задумалась, затем подалась ближе и легко поцеловала его в губы. Феликс вздрогнул.

— Большое спасибо, — сказала она, отстраняясь.

Вид у Феликса стал таким удивлённым, что Юми хихикнула. Затем она встретилась с его томным взглядом и смутилась. Ситуация начала выходить из-под контроля.

— Поешь, а остальное обсудим потом, — поспешила она ретироваться.

Феликс ничего не ответил, лишь продолжил смотреть на неё, пока она не закрыла за собой дверь. Сердце у Юми билось, как сумасшедшее.

— Совсем сбрендила? Зачем целоваться полезла? — начала она тихо бранить себя, пытаясь успокоить сердце.

Пусть Феликс и очень красивый, но ей совсем не до парней сейчас, да и он точно не испытывает к ней ничего романтичного. Ей нужно успокоиться и заняться спасением Трихи, ведь эту задачу она не имеет права не решить.

— Значит, этот бледный хорёк знал, как можно помочь Трихе и до сих пор молчал? — злобно процедил Ксайден, сверля взглядом Феликса.

— Я не обязан перед тобой отчитываться, мальчик, — холодно ответил он.

Атмосфера стала очень душной.

— Прекратите ругаться, я вас не для этого позвала! — рявкнула Юми и встала со стула.

Они расположились на втором этаже её комнаты за столиком, но за пятнадцать минут успели только поругаться.

— Давайте лучше обсудим, где искать эти записи, — попросила Юми, взывая к их разуму.

— Адель была не от мира сего. Вечно в своих мыслях витала. Понятия не имею, где она могла оставить их, даже не знаю, где именно она писала. — Феликс пожал плечами.

— Разве не на пергаменте? — удивился Ксайден.

Феликс тяжело вздохнул и посмотрел на него, как на идиота.