Стража у комнаты расступилась, и он влетел в неё на всей скорости. Место колыбели давно занял ещё один диван, а у правой стены расположилась кровать, на которой уместилась бы вся его семья, не касаясь друг друга. Рен бросился к гардеробу. Его там встретили рубашки, штаны, туфли, но всё не то. Когда он нащупал гладкое дерево, на его лице заиграла искренняя улыбка. По окнам начал барабанить дождь, небо осветила яркая вспышка молнии. Рен вытащил на поверхность хорошо спрятанную скрипку. Когда он впервые увидел этот инструмент у музыкантов в замке, то просто влюбился в него. Он умолял артиста научить его играть, и тот в итоге сдался. Правда, взял с Рена слово, что никому он об этом не расскажет, — ведь не пристало принцу драконов заниматься такой чепухой.

Рен подошёл к балконной двери и рывком распахнул её. На него налетел ужасный порыв ветра, заставивший волосы заметаться из стороны в сторону. Ливень окатил его водой. Рен тут же промок насквозь, но его это не остановило. Обычно он уходил из замка в сад, чтобы поиграть, но сегодня гром такой сильный, что его точно никто не услышит.

Белое дерево скрипки легко легло на его плечо. Рен не боялся испортить инструмент, потому что его создали магией дриад. Надо очень постараться, чтобы испортить такую вещь. Впрочем, для магии драконов это не представляло трудностей. Рен занёс смычок, словно меч, и первый аккорд разбил пространство.

Полилась громкая и яростная мелодия, слившаяся с его внутренним состоянием. Он утопал в музыке, а она отражала его. Рен закрыл глаза и отдался ей полностью. Гром играл роль барабана, а ветер разносил звуки скрипки по всей территории замка. Рен закончил свою игру мощным тремоло и застыл, подставив лицо дождю. Ему стало намного легче. Теперь он успокоился и был готов вернуться к своей убогой реальности, не срывая злость и раздражение на семье.

— Принцесса Мистрития, стойте ровно! — проворчала Шимона и больно уколола Мисти иголкой, отчего та возмущённо ойкнула.

— Пожалуйста, зови меня Мисти, — попросила она.

Шимона бросила на неё негодующий взгляд и вернулась к платью. Всего через час Мисти должна предстать перед гостями. Если, конечно, хоть кто-то решится прийти на её день рождения. С каждым годом празднующих прибывало всё меньше. Шимона закрепила пояс голубого цвета, затянув его на талии так сильно, что выбила весь воздух из лёгких.

— Постойте здесь, принцесса Ми-стри-ти-я, я схожу за туфлями и украшениями, — по слогам произнесла она её имя и выскочила за дверь.

Мисти поморщилась. Неужели так сложно хоть раз ей в чём-то уступить? Ну и что, что это не по этикету? Он в ближайшем будущем может совсем не понадобиться на том свете.

— Вот почему она такая упрямая? — в сердцах спросила она.

— Ты упрямее, — спокойно ответила младшая сестра, лёжа на её кровати и листая каталог с платьями.

Мисти перевела недовольный взгляд на Милли. Сестра подняла на неё свои глубокие синие глаза, убрала с лица прядь золотых волос и хитро улыбнулась.

— Что? На правду не обижаются. — Она вернулась к каталогу. — Ты посмотри, какая красота! Оно бы тебе пошло.

Милли указала на светло-фиолетовое платье с пышной юбкой. Мисти услышала в её голосе завистливые нотки. В отличие от неё Милитина очень любила платья, туфли и украшения, но с их финансовым положением обновки они получали редко.

— Закажи его себе. Потом скажу отцу, что платье пришло не по размеру, — дружелюбно предложила Мисти.

— Но так нельзя. Праздник же у тебя, — очень неохотно произнесла Милли, гипнотизируя платье в каталоге.

Мисти сложила руки на груди, уставилась на неё и мысленно посчитала до десяти.

— Ну если ты настаиваешь… — обрадовалась Милли и взяла бланк со столика для заказа.

— Я ничего не говорила. — Мисти заливисто рассмеялась.

— Зато ты очень выразительно смотрела, — возразила Милли, вызвав новую волну смеха.

В комнату вошла всё ещё недовольная Шимона.

— Как здорово, что вам очень весело, ваши высочества, но мы ужасно опаздываем. Принцесса Милитина, не могли бы вы вернуться в свою комнату и начать подготовку? Я подойду к вам позже, — проворчала она.

Милли вскочила с кровати и, прижав к себе бланк с каталогом, удалилась. Мисти кое-как сдержала разочарованный вздох.

Присутствие сестры рядом эти пару часов — лучшее, что происходило с ней за весь день. Разговор с отцом не удался, когда она выходила из конюшен, то угодила в навоз, а Шимона чуть не упала в обморок, увидев её после этого. В итоге Мисти пришлось сидеть в прохладной ванной около трёх часов. Затем Шимона решила, что стоит немного украсить её старое платье, будто вчера на это времени не было.

Шимона поставила на пол самые нелюбимые туфли Мисти. Выглядели они красиво и ярко — полностью усыпаны блёстками, однако ужасно натирали ноги. Шимона послала непреклонный взгляд, и Мисти пришлось покорно обуться. Дальше горничная занялась причёской и макияжем. Мисти чувствовала себя глупой куклой. Когда Шимона закончила, за окном начало темнеть.