— Да, миледи. Дозорные проверили лес на протяжении нескольких ярдов от лагеря, но больше никого не обнаружили.

— Приведите.

Боргес немного шевельнул напряжёнными плечами, выражая своё неудовольствие, но перечить мне не решился. Во-первых, потому, что успел понять за всё время нашего с ним общения: мне несвойственна импульсивность при принятии решений, а, во-вторых, если реальной угрозы моей жизни нет, то проще подчиниться. Привык же, что мне не зазорно сидеть в окружении простых воинов во время остановок, несмотря на различие в социальном статусе. Тем более, так было удобнее и рациональнее с точки зрения обеспечения безопасности, не говоря уже о комфорте всех членов нашего импровизированного отряда. Ведь по правилам мне предполагалось принимать пищу либо в повозке, либо первой, и уже только после моего ухода все остальные могли присоединиться к костру. Угу. Озябшие, глотающие слюни и к разварившейся похлёбке. Такое себе удобство.

— Да, но миледи… — попытался возразить тот самый Лонтар.

Я встала рядом с Боргесом и скрестила руки на груди, метнув строгий взгляд на строптивца:

— Кажется, вы считаете, что ваши сослуживцы не способны обеспечить мою безопасность и не смогут дать достойный отпор одному-единственному во всей округе мужчине, да ещё и раненому? Знаете, звучит как вызов вашему хайтру, а конкретно — открытое выражение недоверия к его компетентности, как старшего воина, поставленного на это место самим герцогом Рогенборном.

Лонтар резко побледнел, потом покраснел, сообразив, чем ему грозит подобный выпад. Даже глазом моргнуть не успела, как он скрылся в чаще. Я села обратно и макнула кусок хлеба в остывающую похлёбку. Война-войной, а обед по расписанию.

Приведённый мужчина действительно был ранен, причём серьёзно. Даже в отблесках костра бурые пятна на его разорванной одежде вызывали тревогу. И держался он за правый бок весьма подозрительно.

— Назовите себя и с какой целью обратились к дозорному?

Мужчина закашлялся, а потом прохрипел:

— Просто хотел попросить воды.

Розовой пены на губах или крови я не заметила. Значит, шанс у бедолаги есть.

— И всё?

— И всё. Если дадите, буду благодарен, если нет, значит, нет. У меня нет злых намерений по отношению к вам.

— Что произошло и каким образом оказались в подобном состоянии?

Раненый криво усмехнулся, а затем снова закашлялся:

— Не сошёлся во взглядах с заказчиком, миледи. Я ведь правильно понял, кто вы?

Правильно-правильно. Ведь обращение «миледи» означает в Данверте не только герцогский титул, но и в целом знатную даму. Простолюдинка бы не посмела говорить напрямую, тем более не оказалась посреди леса, сидя в окружении вооружённого до зубов отряда. А наш разговор с Лонтаром незнакомец не мог слышать из-за удалённости от того места, где были выставлены наши дозорные.

— Энид, принесите мою запасную флягу. Манайр, перевяжите нашего гостя, Радес, налейте ему похлёбки. Если не хватит, отдам свою — у меня есть чем перекусить. Правда, если гость не побрезгует.

— Но миледи… — попытался было возразить наш походный лекарь.

— Если у вас какие-то проблемы, Манайр, или предубеждения, могу выполнить перевязку сама. Общими понятиями и техниками, благо, владею. И осмелюсь напомнить, что по законам Данверта, путники являются неприкосновенными для владельцев тех земель, которые пересекают, если не нарушают при этом законов. Соблюдение этого условия позволяет следовать в пути тем порядкам и обычаям, к которым привыкли. Хозяйкой лагеря являюсь я, а посему имею полное право оказать достойный уровень гостеприимства, насколько это возможно в сложившейся ситуации, «постучавшемуся» в наш временный дом гостю.

Боргес едва заметно кивнул, подтверждая мои слова. Не зря же мне Адам выносил мозг своими нотациями и инструктажами накануне поездки. Опять же традиции, в которых я была воспитана. Это же наши родные сказки учат с детства: «Напои, накорми, баньку истопи, спать уложи, а потом и вопросы задавай!» Бани тут нет, порядок действий я нарушила, но судя по выражению лица раненого, он совершенно не возражал против лёгкого расспроса-допроса, чтобы потом получить даже чуть больше того, на что изначально рассчитывал. Зато про вежливость я точно не забыла. Да-да, этому тоже в сказках учили. Не знаешь, куда тебя занесло и что за хтонь встретишь впереди — будь вежлив, больше шансов выжить. Хамы во время путешествий долго не живут. По крайней мере, целыми и невредимыми остаются крайне редко. Не знаю, кому как, а мне «сказочные приёмчики» по жизни помогали.

Незнакомец снова сильно закашлялся и начал терять равновесие. Пытаясь выровняться, он отнял левую руку от раны, махнув ею в воздухе… Тут же весь мой отряд оказался на ногах с обнажёнными мечами.

— Мизинец!!!