Особняк Эйдана, конечно, оказался выше всяких похвал. Большой, просторный, светлый, роскошно, но притом элегантно украшенный.А ещё… А ещё именно в этом месте мы нашли следы того, что мы действительно когда-то были семьёй.– Мама, мама, иди сюда! – эти крики Эмбер раздались совсем не с первого этажа от бассейна, которому так радовался Кайл, а с лестницы.Я поднялась и увидела, почему дочка так звала меня и почему надолго замолчала, изучая стену.Потому что на стене лестничного пролёта между вторым и третьим этажом висел портрет. Семейный портрет. Наш семейный портрет. Огромный, размером примерно метр на два.Женщина, сидевшая в кресле, выглядела моей точной копией, только лицо у неё было более расслабленное, счастливое и умиротворённое.Рядом с ней стоял мужчина, положивший руку ей на плечо. В нём легко угадывался Хартрат – но тоже более жизнерадостный, наполненный силами и стоя́щий прямо, на обеих ногах.По бокам от нас с Эйданом стояли Эмбер и Кайл – весёлые, довольные и улыбающиеся.Так мы с Эмбер и простояли минут десять перед этой картиной. Я даже пустила слезу.Ну что же, похоже, Арнольд действительно сказал правду. Мы были семьёй. И, судя по этой картине, счастливой семьёй.Когда мы позвали Кайла и Хартрата, я не сразу подумала о том, занести коляску на второй этаж может быть очень проблематично и возможно не сто́ит бередить душу Эйдану этим портретом...Однако сын, вбежавший по лестнице к нам, быстро окинул взглядом портрет и тут же стремглав спустился обратно и восторженным голосом пересказал отцу, что он увидел.– Всё так, там наш портрет, – я свесилась через перила, что подтвердить слова сына, как Хартрат с удивлением переспросил Кайла, уверен ли он в том, что видел.– Я поднимусь к вам, – проговорил низким, хриплым голосом Эйдан. – Я хочу это увидеть своими глазами.Я понимала, что поднять коляску на три лестничных пролёта будет трудно, но и просить Арнольда и мужчин поднять коляску так высоко тоже было бесчеловечно. Они еле десять ступеней одолели, а магией левитации, к сожалению, никто из нас не владел, чтобы помочь Хартрату таким образом.– Я хочу подняться. Помоги мне встать с коляски, – повторил Хартрат, когда я спустилась. – Придержи меня, Сиара. Пожалуйста.Я удивилась. Даже, скорее, опешила. Что мне следует ответить в этой ситуации? Ты калека и встать не сможешь? Это слишком жестоко.– Ну… эээ… а как я могу тебе помочь? – замешкалась я, так и не решившись нагрубить Эйдану, сказав, что он не сможет это сделать.– Подай мне руку. Я буду на неё опираться, – пояснил Хратрат и вдобавок крикнул: – Арнольд, Майкл, Келвер, идите сюда.Дождавшись мужчин и заручившись их поддержкой, Хартрат попытался встать. ВСТАТЬ! ПРитом с такой уверенностью, будто стопроцентно знал, что он сможет это сделать.Моей задачей было поддерживать его в вертикальном положении, Арнольду – быть опорой на правой стороне, Майклу – на левой стороне, удерживать коляску на месте, вознице Келверу – удерживать коляску на месте.Упираясь в подлокотники коляски и держась за мужчин, Хартрат упрямо пытался встать.Удивительно, но он двигался. Это привело меня в замешательство ещё больше. Я, если честно, считала, что он парализован ниже пояса, раз сидит в коляске.– Ты… ты можешь ходить? – выразил всеобщее удивление Арнольд.– Раньше не мог, но я надеюсь, что присутствие Сиары продолжит также благотворно влиять на меня, – ответил Хартрат. – Я уже несколько часов, с момента отъезда из сторожки на территории Гидеона начал чувствовать ноги. Значит, в теории, я уже могу попробовать встать, но мне нужна помощь.– А куда ты так рвёшься, друг мой? – нахмурился Арнольд.– Я хочу увидеть наш портрет, – твёрдо ответил Эйдан.– Какой портрет? Там есть ваш портрет? – удивился Арнольд. – А мой?– А твой-то тут откуда? – усмехнулся Хартрат. – Но наш есть, так сказали дети и Сиара. И я хочу увидеть его своими глазами.– Возможно, нам было проще спустить портрет к тебе, – не подумав, ляпнул Арнольд, но тут же исправился: – Но помочь тебе снова начать ходить будет гораздо полезнее. Без проблем, я готов помогать. А откуда здесь этот портрет?! Тоже хочу с тобой на него взглянуть.– Не знаю, – пожал плечами Хартрат. – Я честно не знал, что он здесь есть. Точнее, не помнил. Я здесь не был давно, судя по моим воспоминаниям, если им, конечно, можно верить.За этим разговором мы не заметили, как Хартрат практически полностью выпрямился в положении стоя.Ноги и руки, да и всё тело у мужчины отчаянно дрожали и даже ходили ходуном, я бы сказала, но он упрямо пытался держаться. Когда он сделал первый шаг и коляска отъехала назад, Хартрат тихо, но твёрдо произнёс:– Я больше в неё ни за что по доброй воле не сяду. Помогите мне подняться на нужный этаж, пожалуйста. Вечером нужно будет сделать мне трость.**********Дорогие читатели, следующая прода будет 4.06.

Глава 45