– Нет, больше пожеланий, у меня нет. Спасибо, что выслушали, – с достоинством ответила я. – Итак, что вы хотели обсудить?«Первое, что тебе нужно понимать, женщина, – мрачный голос генерала в моей голове звучал весьма раздражённо. – Это то, что у меня непростой характер, и менять его ради тебя я не собираюсь».– Поняла, – ровным тоном ответила я. – И отвечу вам на это следующее: у меня тоже непростой характер. Я крайне упряма, как вы успели заметить.«Это я заметил, – окинув меня оценивающим взглядом, ответил генерал и внезапно попросил: – Налей мне тоже чай».– Конечно, генерал Хартрат, – немного удивившись просьбе, ответила я.Пока я наливала ему чай и доливала себе, мужчина молчал и смотрел на меня. Я снова отметила, что взгляд был странный: он всё ещё вызывал во мне внутреннюю дрожь, причин которой понять я не могла.Притом он не вызывал у меня чувство страха и отсутствия безопасности, мне не было неприятно или мерзко из-за скрытой похоти, и я не видела в нём желания как-то обмануть меня или воспользоваться мной… И всё же взгляд был странный.Я не могу его чётко охарактеризовать, будто бы и сам генерал не понимал, что он чувствует или думает насчёт меня. Но одно я знала точно: внутри у меня было неспокойно от этого взгляда.«Во-вторых, – отпив чаю и закусив кексиком, продолжил генерал, и я последовала его примеру. – Ты должна знать, что у нас осталось полтора месяца до того момента, как я умру. И если я не излечусь до этого момента, вместе со мной умрёшь ты».Слова прозвучали так буднично, что я опешила и поперхнулась чаем.«Поэтому я не хотел, чтобы ты становилась моей целительницей, – продолжил генерал после того, как я откашлялась. – Но ты у нас упрямая, да? И плевать, что времени у меня почти не осталось, да? Всё так же уверена в правильности своего выбора?».– Уверена, – я попыталась ответить максимально твёрдым голосом, хотя если честно, его слова меня напугали, и ещё как!«Буду честен, отдавать тебя Арнольду я тоже не хотел, ему осталось всего на неделю больше, и... – в мысленной речи генерала произошла небольшая пауза, после которой он продолжил. – ...И я ему не доверяю, хотя отношения у нас и вправду непростые. Он поступает странно, нелогично, вразрез приказам нового императора и своего отца. Это он вытащил меня с поля боя. Ну… почти… Он начал тащить, но в здание, где он спрятал нас, рухнуло из-за магического удара. Так я и очнулся: у него на спине под завалом из опор и стен здания. Я вылез каким-то чудом и даже вытащил его, так что мы квиты, и долга жизни у меня перед ним нет. Но, думаю, что, пообщавшись с ним, ты поняла, что он совсем непрост и явно преследует свои цели».– Понятно… Но почему вы говорите, что вам осталось полтора месяца? – растерянно проговорила я. – Здесь же вроде героев годами лечат?«Лечат, да не всех, – мрачно усмехнулся генерал. – Ты вообще знаешь, как устроено это место? И почему срок ограничен у кого-то?».– Нет, – ответила я. – Из разговора Ванессы и Арнольда я поняла, что есть какие-то ограничения, но что это за ограничения и каковы последствия, я не знаю. Расскажите мне, пожалуйста.«Когда военные поступают сюда в тяжёлом состоянии, близком к смерти или иногда даже шагнувшими за грань и вернувшимися в этот мир, их жизнь поддерживается с помощью специального камня, который называется камень души. Этот камень поддерживает жизнь пациента Дома Печали и… определяет срок, который отведён дракону для того, чтобы вернуть себе магию и здоровье. Этот срок проявляется в момент привязки камня к дракону. И на моём камне осталось сорок восемь дней».– Что за жуть такая... Как это работает?.. – обескураженно прошептала я.«Я тоже до конца не знаю, как это работает, но точно знаю, что ни один человек, у кого истёк срок, не выжил, – мрачно ответил Хартрат. – У меня пока недостаточно данных, чтобы представить доказательства, но, судя по словам Арнольда и моим соседям справа и слева, сила дракона обратно пропорциональна количеству отведённого времени на восстановление. Мне кажется, пока я нахожусь здесь, это место забирает остатки моей магии, но в этом я тоже не уверен до конца. Возможно, оно забирает остатки моей жизни вместе с магией».– А как умирает тот, у кого истёк срок? Он просто живёт, живёт и… умирает в один день? – сбивчиво спросила я. – Простите, я не понимаю, как это возможно.«Смерть выглядит естественной, – сухо «произнёс» генерал. – Остановка сердца или дыхания, кровоизлияние в мозг, внезапный паралич всего тела, смерть во сне… Любой вариант необъяснимой мистической смерти подходит, но итог всегда один – пациент умирает, если срок на его камне души истёк».– И целительница тоже умирает, если её пациент умер? – осторожно уточнила я.«Да, – кивнул Хартрат. – Целительница умирает той же смертью ровно через сутки. Так что ты, Сиара Морроу, оказалась крайне неудачлива в выборе защитника и спасителя для своих детей. И этот выбор будет стоить тебе жизни».

Глава 20