Скептический взгляд Хартрата был мне наказанием. Глупо теперь отпираться.– Ну, – протянула я. – Я думаю, что мой дядя жив.Выражение лица Арнольда было настороженно-удивлённым: он поджал губы и вскинул брови. Надо же, хоть что-то этот мистер помощь на все случаи жизни не знает!– Правда? Даже не знаю, хорошая ли это новость или плохая, – медленно проговорил мужчина. – А откуда ты это знаешь, Сиара?– У меня есть способ это определить, – уклончиво ответила я.– Не доверяешь мне? – усмехнулся Арнольд.– Дело не в этом. Я не доверяю не тебе, а вознице, – решила ответить я, решив воспользоваться аргументом Хартрата. – Мне бы не хотелось лишний раз поднимать эту тему в присутствии постороннего человека.– Картер – это мой человек, я ему полностью доверяю, – усмехнулся Арнольд. – Но я тебя понял, не буду пока настаивать, у нас сейчас другие задачи. Мы почти подъехали поместью Гидеона, но я прошу вас обоих набраться терпения, а не сразу рваться в бой. Подождём моего наблюдателя и действовать будем в зависимость от обстановки. Если там всё мирно, ты, Сиара, просто зайдёшь и заберёшь детей. Если же там выставлена стража – это дело другое. Без разведки весь наш побег может пойти насмарку: мы и детей не спасём, и сами попадёмся. Хартрат, одобряешь?Эйдан хмуро кивнул.Умом я понимала, что это верно, но протестовать хотелось жутко. Я подавила в тебе это чувство: они правы. Шанс у нас один, и испортить его нельзя.– Вот и хорошо, – удовлетворённо ответил Арнольд.Как оказалось, встречу Арнольд назначил около сторожки лесника на границе нашего поместья. Но ждать пришлось долго. Слишком долго: я места себе не находила.Возница, которому доверял Арнольд, оказался вполне приятным мужчиной средних лет. Он по-отечески относился к Арнольду, спокойно перенося его непростой характер и ехидные реплики, которыми он умудрялся нас изводить этот час, пока мы ждали наблюдателя.Хартрат впал в странное состояние. Он молчал, не вовлекался в оживлённые перепалки с Арнольдом, который, похоже, начинал язвить, когда нервничал. А нервничал он за наше короткое время знакомства много.Эйдан же не участвовал в этой пустой беседе и казался мне отрешённым. Поэтому, когда Арнольд и мистер Картер решили отлучиться, я сама заговорила с мужем, впервые так назвав его про себя.– Эйдан, что случилось? Почему ты так? Что-то не так? – мягко спросила я.«Всё не так, – мрачно ответил Хартрат. – Я должен перед тобой извиниться».– За что? – настороженно нахмурилась я.«Я, как мужчина, твой муж и отец нашего семейства, не оправдал возложенной на меня ответственности, – отрешённо «произнёс» Хартрат. – Если Арнольд смог нас зачаровать и разлучить, значит, я свои обязанности не выполнил. Я сожалею об этом».– Ты же слышала о его магическом даре? – удивлённая таким поворотом событий, произнесла я. – Это что-то нереальное! Это, видимо, уникальный дар. Я даже никогда не слышала о подобном!«Я знал о существовании таких магов, – ответил Хартрат. – Это не просто менталисты, это трейсеры. Очень редкий дар. Я не помню, чтобы в последние пятьдесят лет рождались люди с таким даром, видимо, семья Кайрлоу скрывала его рождение – это слишком опасная и могущественная магия. Но я о нём знал и должен был предусмотреть эту возможность. Я подвёл вас. Прости меня, если сможешь».– Я точно прощаю тебя, – всплеснула я руками. – Знать и предугадать всё невозможно: мы с тобой не оракулы. Так что, всё нормально. Нет, конечно, всё ненормально, но на тебя я зла совершенно точно не держу. Не надо ругать себя: мы даже ещё не знаем обстоятельств, при которых это всё с нами произошло. Может, в том была моя вина? В этом случае я у тебя прошу прощения.«Как я посмотрю ИМ в глаза? – с болью, едва «слышно» ответил мне Эйдан. – Прости, это глупости. Я не жду сочувствия или тем более жалости, нет. Просто я понял, что не достоин быть им отцом. Сначала я по глупости обрадовался обретению семьи, не подумав об их чувствах. А теперь даже не представляю, каково будет им узнать, что вся их жизнь – ложь. Я не готов им этого сказать. Не хочу отнимать у них отца, хоть он и ложный. Думаю, нам не стоит им говорить, кто я. Пусть считают меня просто… дядей».У меня сердце сжалось оттого, что я почувствовала эту его боль и цену, что он был готов заплатить, назвавшись «дядей».Я понимала, что он действительно не просил о жалости и не ждал её. Он столкнулся с новой реальностью, в которой у него есть дети, которых он думал, что потерял.Привыкший быть сильным, закрытым и холодным, он, видимо, никак не мог внутри себя понять, как ему реагировать на это.– Это нечестно, – прошептала я. – Нечестно по отношению и к ним, и к тебе. Гидеон их не любил, не любит и не полюбит так, как можешь это сделать ты. Если на то пошло, то это я виновата и я плохая мать, что допустила, чтобы такое произошло с детьми. А также плохая жена и истинная для тебя, что не усомнилась в нашем браке с Гидеоном.«При чём здесь это? – возразил Эйдан. – Ты и не знала, что что-то не так. Как ты могла догадаться, если ни о чём не знала?».– А ты? Ты тоже не знал, Эйдан, – парировала я. – Не надо корить себя. Давай сначала спасём детей, потом узнаем всё и вернём себе память, а потом уж будем виниться друг перед другом. Ты так отрешён, потому что уже мысленно наказываешь себя? Зря. Эмбер – эмпат, она всё и так поймёт, даже если ей не сказать, кто ты. Если честно, я бы поговорила с ними. Они у меня… у НАС достаточно взрослые и разумные, чтобы понимать, что такое магия и какие она может иметь последствия. И они заслуживают знать правду о том, кто их отец. Но, ты прав, можно чуть повременить, пока не доберёмся до какого-нибудь убежища. Заодно познакомитесь.– Эмбер... Красиво... А парня как зовут нашего? – приятным, чуть хриплым баритоном спросил Эйдан.– Кайл… – ответила я и внезапно осознала, что последний вопрос Хартрат задал вслух.

Глава 36