– Ты совсем оборзел, Эйдан? Ты забыл, с кем разговариваешь? – прорычал Майкл. – Забыл, кто перед тобой?– Да, я забыл, кто передо мной, ведь ты выглядишь как Майкл, – с лёгкой ухмылкой ответил Эйдан. – Прими свой облик и докажи мне, что это ты, наставник, и тогда я склоню перед тобой голову. Вот только каждый правитель должен быть достоин своего народа. И я не уверен, что ты всё ещё остался таким.– Почему ты обвиняешь меня? – прошипел Майкл. – Меня? А не Арнольда и всю эту свору заговорщиков?! Это не я поднял восстание и разрушил вашу жизнь с Сиарой!– Потому что мы тебя предупреждали о том, что не надо давать им лишнюю власть, – холодно ответил Эйдан. – Мы говорили с Ройвестом, Хантером и Клеймором, что это ошибка. Что не надо поощрять их амбиции, не надо давать издеваться над слабыми, над девицей Лафаер, например. Говорили, что не надо злить лояльных тебе людей лишь ради того, чтобы завоевать тех, кто никогда не будет тобой доволен.Что ты нам сказал? Что мы ничего не смыслим в политике. Ну и? Кто оказался прав? Мы говорили, что эта безнаказанность и вседозволенность будет давать им повод думать, что они вправе делать всё, что захотят, и однажды насытятся твоим «разрешением» и захотят взять власть в свои руки.Ты же ответил, что мы ничего не смыслим в управлении и нужно поощрять тех, кто этого достоин и может укрепить твою власть. А те, кто и так верны, побояться потерять то, что имеют и будут терпеть. Помнишь тот разговор? И что теперь?Ройвест и Клеймор мертвы. Потому что они выполняли твой приказ. Потому что ты отказался поверить, что тебя предали твои верные, тщательно вскармливание незаслуженными наградами псы. И после этого я тебе должен что-то доказывать? Это я-то не оправдал твоих надежд? А ты? Ты как поступил, Магнус?Майкл отвёл взгляд уже на середине тирады Эйдана, но в конце всё же перевёл взгляд обратно.– Я помню его. Да, вы были правы, – тихо проговорил Майкл. – Что я могу сделать с этим? Я ошибся. Меня предали. Но это стало возможно благодаря сопляку, которому ты защищаешь.– Арнольд всего лишь инструмент, – твёрдо ответил Эйдан. – С тем же успехом ты мог обвинить магию в принципе или оружие, которым Дайнарт убил Ройвеста в спину.– Мальчишка обладал своей волей, – начал было спросить Майкл, но Эйдан его перебил:– Прекрати его называть мальчишкой, у него есть имя!– Он всё это делал, понимая, что он делает! – упрямо продолжил император. – Почему ты его защищаешь? Почему вообще речь идёт об этом?– Потому что ты должен понять: именно Арнольд может всё исправить, – процедил Эйдан. – И именно Арнольд, в отличие от тебя, наставник, поступает зрело и мудро. Он понимает, что ошибся, и, признавая это, пытается всё исправить. В отличие от тебя, который затаился, и никому ничего не сказал о том, что ты живПочему ты не вернулся? Почему ты не дал нам с Хантером знать, что ты жив? Он там до сих пор, в Доме Печали. Я умру через полтора месяца, вместе с Сиарой, кстати, потому, что, оказывается, твоё детище, этот прокля́тый пансионат, не лечит, а убивает ветеранов, и я теперь с ним связан. Хантеру осталось и того меньше – около двух недель. Потому что камни душ забирают наши силы!Но ты спрятался и ждал, зная, что мы там и только императорская кровь способна спасти нас! Ты бросил нас. Или ты думал, я пойду на поклон к брату, отправившему меня в Дом Печали? Ладно, допустим, я бы пошёл. А Хантер? Ему как быть? Да и вообще, где гарантии, что кровь лже-императора поможет, а?Так что я задам снова свой вопрос, наставник: почему я должен идти за тобой и тебе хоть что-то доказывать? Это ты должен убедить меня, что тебе стоит снова верить. Ты сам меня учил: что, проиграв сражение, не смей отступать и терять дух, борись дальше, иначе проиграешь войну. И ты её проиграл. И теперь злишься на меня, на Сиару, на Арнольда... Ты на себя не хочешь для начала разозлиться?Или хотя бы признать, что всё это, в первую очередь, твоя вина? Потому что всё, что мы делаем – это наш выбор. И не надо винить других в своём. Уважая свой выбор, ты уважаешь себя, в первую очередь и вызываешь уважение у других. Это твои слова. Мудрые. Очень даже. А ты – достоин этого уважения, наставник?Эйдан замолчал, и в комнате повисла тишина.Я, если честно, уже не знала, в какой угол спрятаться.Понятия не имела, что между Эйданом и императором была такая глубокая связь! Не знала, что у Эйдана, оказывается, в Доме Печали остался сослуживец, за которого он переживает. Не знала, что кровь императора способна остановить смертельную угрозу, нависшую над нами!И почему Эйдан мне ничего не сказал? Я бы гораздо раньше приняла все решения и не стала бы столько колебаться!Посмотрев на мужа, я вспомнила его последние слова в его тираде и, кажется, сама нашла ответ на свой вопрос.Он не хотел подталкивать меня, чтобы я могла САМА принять все решения. Он уважал моё право сделать это тогда, когда я сама буду готова.Всё это Эйдан говорил с такой болью в голосе, что я искренне верила в его печаль. Теперь понятно, что то состояние, в котором я его застала в Доме Печали, действительно было обосновано.Конечно, он не помнил нас с детьми, но он помнил своего наставника… и всё и всех потерял. И смысла жить не видел.– Да, я был не прав, – тихо заговорил Майкл. – Ты это хотел услышать?

Глава 58