А уж как я была рада видеть Риада, пышущего здоровьем. Признаться, когда я покидала своего фальшивого жениха, я боялась, что за время моего отсутствия во дворце его окончательно «доломают». Но лорд Виран выглядел бодрым, полным сил и как-то по-особенному красивым. Я даже замечталась на несколько мгновений, за что получила едва заметный, но весьма ощутимый толчок локтем в рёбра от подруги.

– Эмма, не спи!

Я улыбнулась Риаду и кивнула ему.

– Надеюсь, мы успели вовремя, – сказала я, отходя от экипажа, чтобы Бригги свободно спустилась на дорожку.

– Мы? – Риад удивлённо заломил бровь. – Ты не говорила, что приедешь не одна, дорогая.

– Прости, – я сделала вид, что он меня пристыдил. – Просто… я так соскучилась по подруге. И… мне нужна её поддержка…

– Думаю, мы сможем найти для твоей подруги комнаты рядом с нашими покоями, – улыбнулся Риад, но в его взгляде я прочла лёгкое беспокойство. Неужели с этим будут проблемы? Такой огромный дворец, тут полно пустых комнат!

Да если что, я приму подругу в своей части покоев! Но говорить об этом при Страуде, всё так же цепко наблюдавшим за нами, я не стала. Не для посторонних ушей наши маленькие секретики.

– Страуд? – Риад словно тоже вспомнил о давнем «друге». – Благодарю за то, что встретил мою невесту. Дальше я сам.

Если бы взглядом можно было убивать, ни одно зелье не спасло бы сейчас лорда Вирана от самой страшной и мучительнейшей смерти!

– Эмма, – вежливо склонив голову, произнёс лорд Лотар. – Буду с нетерпением ждать новой встречи.

– Взаимно, – улыбнулась я, пытаясь контролировать мимику. Рано раскрывать все карты, нужно играть в согласную на всё дурочку. Иначе рыбка соскочит с наживки и нам нечего будет предъявить королеве в качестве доказательств.

Лишь когда Страуд ушёл, Риад перестал мило улыбаться и враз посерьёзнел. Окинув меня и подругу строгим взглядом, он сказал:

– И почему мне кажется, что подругу ты прихватила не из ностальгических побуждений? Но молчи. Обо всём расскажете в наших покоях.

Потом он обратился к Бригги:

– Бригетта Энке, полагаю?

– Да, ваша милость. – Бригги изобразила идеальный книксен, а я даже позавидовала осанке подруги. Почему-то у меня никогда не выходило быть настолько грациозной во всех этих придворных приседаниях на публику.

– Что ж, приятно познакомиться лично с ближайшей подругой Эммы. А теперь предлагаю проследовать в более располагающее к доверительной беседе место.

Спорить с лордом никто не стал. Я и сама хотела как можно скорее скрыться от невидимых соглядатаев королевы, рассредоточенных по кустам дворцового парка.

* * *

– Боги, это ещё кто? – стоило нам оказаться в смежных покоях жениха и невесты, как Бригги испытала первый шок знакомства с лысым котейшеством.

– Я тебе рассказывала о нём, – улыбнулась я, наткнувшись на сердитый взгляд Халана. – Позволь представить, Халангдóн-Мааламóн, – самый волшебный из всех котов, которых я знаю.

Во взгляде некогда пушистого промелькнуло удивление, смешанное с восхищением.

– Ты… запомнила?

– У меня хорошая память, – ответила я, по праву гордясь своей способностью быстро запоминать. – Не забывай, я зельевар. Мы просто обязаны держать в голове множество информации, что постоянно тренирует наш разум.

– Могла бы просто сказать «да», – проворчал Халан, а я с каким-то внутренним обожанием поняла, что за эти дни ужасно соскучилась по этой язвительной и саркастичной зверушке.

– Шутки в сторону, – прервал моё умиление Риад. – Садитесь. Я хочу знать всё, что вы узнали в пансионе. И всё, что запланировали. И не нужно делать такие невинные мордашки – я достаточно изучил ваше прошлое, чтобы понять: без чёткого плана разрушения всего мира вы бы сюда не явились. Итак, слушаю.

Я не хотела рассказывать Риаду всё-всё, но пришлось приоткрыть завесу прошлого. Мы долго обсуждали детали предстоящего плана, спорили, доказывали своё мнение.

Потом Риад рассказал о своих успехах.

– Мне удалось выйти на след подельника Страуда, но без прямого проступка всё это лишь голословные фантазии. Нам нужно прижать его перед королевой. Придётся воспользоваться вашим планом и ловить «на живца».

После мы ещё просидели несколько часов, разбирая «роли» и просчитывая вероятные осложнения.

В какой-то момент бурные обсуждения резко прервались, и в наступившей тишине как-то слишком громко прозвучали слова Халана:

– Это всё прекрасно, но я хотел бы узнать, как скоро мне вернут мою шерсть. Хотелось бы определённости.