— Я не виновата. Ректор даже не знает, как выглядит его настоящая дочь. У меня не было выбора. Если бы я открылась… Если бы прошла ритуал — я бы стала вашей игрушкой. Фамильяром. Рабыней. Я не хотела такой жизни, Себастьян.

Он сжал кулаки.

— Тогда зачем ты пришла на ту вечеринку? Нашла нас сама.

— Я… — глупо выдохнула. — Я просто хотела избавиться от девственности. Чтобы стать непригодной для ритуала. Я не знала, что судьба сведёт меня с теми самыми магами, для которых я предназначалась…

Он усмехнулся — горько, криво.

— Потом почему-то не сбежала.

— Я не смогла. А потом… я просто не хотела. Я чувствовала вас. Притяжение. И да, я боялась. Боялась, что если вы узнаете, кто я, то… всё закончится. Что ты, как только поймёшь, что я русалка, просто захочешь получить мою магию. А потом — выбросишь меня, как ненужную игрушку. Я не хотела стать такой, как рыжая! Я не вещь, Себастьян!

Он замолчал. Смотрел на меня долго. А потом кивнул.

— Ты права.

Словно нож в грудь. Я резко отвернулась, не позволяя слезам покатиться по щекам. Забавно, что плакать под водой тоже можно.

Но он заговорил снова — уже тише:

— Так бы и было. Наверное. Тогда. Но сейчас… Когда я узнал тебя. Я люблю тебя., Мелоди.

Я вскинула на него глаза.

— Ты врешь… — голос дрожал.

— Не вру и ты это знаешь. Ты правда беременна? — спросил он в ответ, совсем иначе. Мягко.

Я опустила ладонь на живот и кивнула.

— Да. Но я не знаю… кто отец. Ты или Люциан.

Он усмехнулся — на этот раз искренне.

— Неважно. Главное, что не Эйдан.

Я прикусила губу.

— Эйдан не может быть отцом. Между нами ничего не было. Никогда.

Он прикрыл глаза, затем снова посмотрел на меня.

— Я люблю тебя. Мне плевать, если я не получу твою магию, если ты будешь моей.

Я покачала головой.

— Но ты уже получаешь мою магию.

Он приподнял бровь.

— Что?

— Когда я сплю рядом с вами, с тобой и Люцианом. Я вижу, как вы наполняетесь магией. Она течёт от меня к вам. Я чувствую это. Для этого не нужно ритуалов. Не нужно быть чьей-то собственностью.

Он замер, будто собирался что-то сказать, но передумал. А потом кивнул и прошептал:

— Поэтому мы стали сильнее перед турниром? Ты не просто так решила ночевать у нас, да? Боже, я идиот. Прости, девочка.

Я хотела дотронуться до него — хотя бы через воду, но в этот момент раздались шаги.

Подплыла стража. Один из них поклонился и сказал:

— Владыка принял решение. Вас ждут.

Нас вывели обратно на площадь. Русалы расступались, шептались, указывали на Себастьяна, и на меня — как на призрака. Сердце колотилось в груди, когда из глубины дворца выплыл мой отец.

Он остановился перед нами. Лицо суровое, спина прямая. Настоящий правитель.

— По законам нашего народа, — начал он, голос гулким эхом разносился по водной глади, — маг, оказавшийся здесь, должен быть казнён.

Себастьян напрягся рядом. Я ощутила, как его взгляд коснулся моего лица, будто в последний раз. Я сама застыла — не могла пошевелиться, не могла выдохнуть.

Но отец продолжил:

— Однако… ты беременна. И по древним заветам это меняет всё.

Я распахнула глаза, не сразу поверив в его слова.

— Я принимаю решение сохранить ему жизнь, — отчеканил он. — Когда родится ребёнок, ты сможешь приходить в гости. Не раньше.

Я метнулась к нему, не думая, и обняла с такой силой, будто снова была маленькой.

— Спасибо… — прошептала я. — Спасибо, папа.

Он медленно отстранился и хмыкнул:

— А теперь забирай своего мага и уходи, пока я не передумал.

Я рассмеялась сквозь слёзы и повернулась к стражам.

— Разрубите его путы.

Они подчинились без слов. Верёвки упали вниз, и я схватила Себастьяна за руку.

— Пошли, пока отец не передумал подарить тебе жизнь, — бросила я ему, и мы вместе поплыли вверх, туда, где вода становилась прозрачнее, светлее…

На середине пути я почувствовала, как кожа пощекотала дрожь, и хвост снова уступил место ногам. Тело потяжелело в воде, но Себастьян подхватил меня, крепко прижав к себе.

Мы вынырнули почти одновременно. Я вдохнула полной грудью, дрожа от холода и облегчения.

Он посмотрел на меня, глубоко, будто пытался запомнить каждую черту, а потом резко притянул к себе и поцеловал — жарко, грубо, срывая дыхание.

— Я люблю тебя, — выдохнул он, прижимая меня ко лбу. — Ты даже не представляешь, как сильно.

Я провела пальцами по его мокрой щеке.

— Тогда давай выиграем этот турнир, а?

Он рассмеялся.

— С таким стимулом — мы обязаны.