Я замерла, прислушавшись. Но они спали, совершенно не подозревая о том, что происходит.

Это происходило только во сне, я не встречала этого ни в одной из книг. Но просто секс не наполнял моих магов. Почему-то наполнял вот такой сон рядом со мной после секса.

Я прижалась к груди Себастьяна, запустив пальцы в волосы Люциана. Я хочу, чтобы вы победили.

С этими мыслями я наконец позволила себе закрыть глаза и провалиться в сон — такой же странный, волшебный и полный противоречий, как сама я.

Утро началось с поцелуя. Сначала лёгкого, как касание ветра. Потом более жадного — с горячим дыханием у самой шеи, с настойчивыми губами, скользящими по моей коже.

— Моя девочка… — выдохнул Люциан, лаская меня губами. Его голос был хриплым от желания. — Как же я рад видеть тебя в своей постели… А ещё больше — видеть тебя в ней голой.

Он провёл языком по ключице, а потом чуть ниже, и я тихо засмеялась, прижимаясь к подушке — и тут же утонула в других руках. Теплых, сильных, знакомых.

— Доброе утро, солнышко, — раздался у самого уха голос Себастьяна. Его губы накрыли мои в мягком, но уверенном поцелуе. Он потянулся, устроившись рядом, и обнял меня за талию. — Завтра турнир. И если бы не он… я бы ни за что не выпустил тебя из этой постели.

— Это угроза или обещание? — усмехнулась я, пытаясь приподняться, но оба тут же притянули меня обратно, будто сговорились.

— Это план на послезавтра, — прошептал Люциан, целуя меня в плечо.

Мы ещё немного повалялись, лениво перебрасываясь фразами, касаясь, целуя, лаская. Мне было тепло. Безопасно. Слишком хорошо, чтобы не вызывать тревоги.

— Сон с любимой женщиной — лучший источник энергии, — мечтательно протянул Люциан, проводя пальцами по моей спине. — Я чувствую себя сильным как никогда.

— Угу, — поддержал его Себастьян. — Я тоже. Такое ощущение, будто могу обрушить половину Академии. Или поднять её в воздух. Или победить всех на турнире одной левой.

— Может, всё-таки двумя? — поддразнила я.

— Не если ты придёшь к нам сегодня. Тогда я точно не проиграю, — его голос стал ниже, горячее. — Придёшь?

Я взглянула на него, на Люциана, и… кивнула.

— Приду.

Они не стали скрывать радости. Себастьян тут же накрыл мои губы поцелуем, жадным и тёплым, а Люциан прижался сзади, обвивая. Слов больше не требовалось — только прикосновения, жар кожи и ощущение, будто утро этого дня началось с магии. Моей. Их. Нашей.

Весь следующий день прошёл в тренировках. С утра и до самого вечера — удары, защита, отработка приёмов, работа с энергией. Академия гудела в предвкушении турнира. Повсюду обсуждали ставки, фаворитов, шептались о прошлых победах и возможных сюрпризах.

Я старалась сосредоточиться. На ударах. На балансе. На дыхании. На том, чтобы хоть на миг забыть о том, что внутри — тревожно и тяжело.

Только раз я позволила себе отойти от тренировок — после обеда. Чтобы навестить Эйдана.

Он всё ещё спал. Та же белоснежная палата, тот же ровный, слишком тихий вдох и выдох. Волосы на подушке разметались, и лицо было таким мирным, будто он просто дремал. Я села рядом, осторожно провела пальцами по его виску, потом по волосам.

— Прости, — шепнула я. — Я правда не хотела, чтобы ты пострадал. Это всё из-за меня…

Он не шевельнулся. Я понимала, что моя беременность все меняет. Хотя, он такой хороший, что может согласиться взять меня и с ребенком. Но это так чертовски несправедливо по отношению к нему.

Я посидела ещё немного — просто в тишине, просто рядом — и ушла. Туда, где ждали близнецы.

Вторую ночь подряд я провела в их комнате. Не потому что это было разумно. Не потому что стоило. Но потому что — хотелось. Я снова лежала между ними, слушала, как они дышат, и чувствовала, как волнами от меня уходит тепло. Магия.

Они наполнялись, будто озёра после дождя. Даже во сне это ощущалось — как они становятся больше, мощнее, словно сами звёзды вплетались в их силу.

Я закрыла глаза, затаив дыхание.

— Победите… пожалуйста, — прошептала я, едва слышно.

И утро наступило.

Проснулась я от того же самого — от прикосновений. Себастьян первым нашёл мои губы, а Люциан обнял за талию и уткнулся носом в шею.

— Утро турнира, — пробормотал Себастьян, скользнув пальцами по моему бедру. — Нам пора.

— А я бы предпочёл утро без турнира, — зевнул Люциан. — Я бы лучше снова любил тебя, моя малышка.

— Никаких отговорок, — Себастьян подтолкнул его. — Мы должны победить.

Я хихикнула, выпуталась из объятий и потянулась. Пальцы касались простыни, волосы падали на лицо, а в животе… рос наш малыш. Кажется, эта секунда блаженства самая правильная за всю жизнь.

Но сейчас было не до этого.