Откуда ни возьмись, у Майи образовался защитник, который навёл такого шороху во дворце эмира, что в Задракарте реально начались облавы и обыски домов. На поиск беглецов были посланы не только городские стражники, но вдобавок ещё и эмирские мелофоры, а это уже было очень серьёзно. По идее, спасать белобрысую чужестранку и её защитника у Сюрейи-бины не было никакого резона, за исключением одного. Об эмирских пыточных подвалах ходили самые кошмарные слухи, и попади беглецы в руки преследователей живыми, об их связи в семьёй провидицы тут же стало бы известно. Эту опасную парочку следовало устранить, причём тихо и без свидетелей, а для этого, как ни крути, лучше всего было заманить их на свою территорию.

Впрочем, когда эти безмозглые чужаки спряталась в проклятых развалинах Зар-Йегды, Сюрейя-бина едва ни поддалась соблазну тупо предоставить их своей судьбе, но вовремя одумалась. Совершенно невозможный побег Майи из дворца эмира ясно дал понять ведьме, что рассчитывать на помощь призраков не стоит. Вряд ли им удастся угробить демонов, с которыми не справилась даже Великая Мать. Ещё раз обратиться за помощью к своей покровительнице Сюрейя-бина не посмела. Она решила взять дело по устранению чужеземцев в собственные руки и послала за ними Дамира.

Увы, сие вроде бы разумное решение оказалось ошибочным. Сюрейя-бина аж из своей комнаты почуяла тот безумный вихрь неведомой силы, что вырвался на свободу, когда её внучка и странный защитник Майи встретились. Она поспешила вмешаться, но не успела. Когда ведьма появилась на веранде, катаклизм уже закончился, и всё, что ей оставалось – это увести Нилуфар подальше от опасности.

– Деточка, ты должна держаться подальше от нашего гостя, – назидательно произнесла добрая бабушка, когда внучка наконец оказалась за запертой дверью её покоев. – Будущая провидица может впускать в своё сердце любовь только к Великой Матери, но не к какому-то смертному мужчине.

– Почему? – Нилуфар жалобно вздохнула, и её глаза заблестели от подступивших слез. – Астарта ведь покровительствует семейным узам. Как же она может запрещать женщинам любить своих мужей?

– Ты не просто женщина, ты наследница дара богини, – попеняла внучке ведьма. – В твоей жизни не может быть двух хозяев. Служение Великой Матери требует от нас всей страсти и преданности, а мужчины нам нужны только для продолжения рода.

– Я так не хочу, – наверное, впервые Нилуфар усомнилась в своём предназначении, и это повергло её в шок. Впрочем, для её бабушки неожиданные откровения внучки вообще были подобны удару молнии.

– Не богохульствуй! – рука Сюрейи-бины помимо её воли потянулась к лицу внучки, чтобы заткнуть ей рот. – Наша милостивая госпожа может простить своим слугам многое, но только не отступничество.

– О каком отступничестве ты говоришь? – возмутилась Нилуфар. – Я же пока не приняла обет служения и уже не уверена, что мне следует это делать. Я чувствую, что моя судьба связана с этим мужчиной, понимаешь? Мы предназначены друг для друга, и это не моя прихоть, а воля богов. Как же я могу ей противиться?

– Ты хочешь отказаться от дара Великой Матери? – от ужаса смуглое от природы лицо ведьмы так побледнело, что сделалось похожим на пыльную серую маску. Увы, несмотря на свой могучий провидческий дар, она неверно определила источник опасности. Беда пришла откуда не ждали: от самой Нилуфар.

– Прости меня, бабушка, – пролепетала не ожидавшая столь бурной реакции внучка. – Ты только не волнуйся, всё будет хорошо.

– Нет, ничего хорошего у вас не получится, – ведьме всё же удалось взять себя в руки, и паника отступила. – Этот мужчина предназначен не для тебя, он уже принадлежит другой женщине. Твоей подруге. Это ради неё он рисковал своей головой.

– Их связывает не любовь, а вина, – уверенно заявила начинающая провидица. – Его вина перед Майей.

– Откуда…– слова возмущения буквально застряли в горле ведьмы, потому что она осознала, что внучка права. – Это твой дар… – она удивлённо воззрилась на неофитку. – Ты прочитала его душу.

– Да, я сразу это увидела, когда наши взгляды встретились, – уверенно заявила Нилуфар. – На какой-то миг наши души словно слились вместе, и для меня не осталось тайн. В его душе живёт любовь, но не к Майе… – тут самонадеянная прорицательница неловко умолкла, словно запнулась.

– И не к тебе, – закончила за неё Сюрейя-бина.

– Сначала я была уверена, что как раз ко мне, – глаза Нилуфар наполнились слезами, – а потом он как будто от меня закрылся. Почему, бабушка? Он испугался своих чувств?

– Неважно, по какой причине этот чужеземец отверг дар богов, – Сюрейя-бина осуждающе покачала головой, – но это ещё раз подтверждает, что тебе нужно держаться от него подальше. Только безумец способен на такое святотатство. Боги ревнивы, они не прощают тех, кто не ценит их даров.

– Что же мне делать? – взмолилась Нилуфар. – Как мне защитить его от божественного гнева?

– Ты и вправду его любишь, – Сюрейя-бина задумчиво покачала головой, словно сама не верила своим словам. – Другая на твоём месте просто сбежала бы от этого опасного чужака без оглядки, чтобы не разделить его горькую судьбу, а ты думаешь только о том, как его спасти. Спасайся сама, деточка. Судьба подарила тебе долгую и спокойную жизнь под покровительством Великой Матери. Неужели ты откажешься от такого подарка ради незнакомого мужчины?