— С сегодняшнего дня.

— Торвальд выбрасывает слабаков в первую же неделю, — он перелистнул страницу книги, не глядя. — Будет почти жаль, если ты не справишься. Почти.

— Ты это к чему? — я скрестила руки на груди.

— К тому, что твой внезапный всплеск... харизмы, — он выделил последнее слово, как выделяют найденную в супе муху, — ничего не значит, если за ним нет силы. А силы в тебе никогда не было.

Я усмехнулась, хотя внутри что-то заледенело. Он не пытался меня задеть — он просто констатировал факт. Так, как видел его шесть лет.

— Спасибо за заботу, лорд Ноктис. Но я как-нибудь сама.

— Забота? — он наконец оторвался от книги и поднял на меня взгляд. В золотых глазах не было ни капли тепла. — Я просто не люблю, когда тратят время хороших наставников. Торвальд нужен тем, кто действительно может сражаться.

Он захлопнул книгу и пошёл прочь — не оглядываясь, всё с той же ленивой, хищной грацией. Я смотрела ему в спину и чувствовала, как внутри медленно закипает злость. Не горячая, а холодная, спокойная — та самая, что питает Хаос.

Значит, пустышка с Общей Магии.

Что ж, лорд Ноктис. Посмотрим, что ты скажешь через месяц.

---

В столовой было немноголюдно — ужин уже подходил к концу, и большинство студентов разбрелись по общежитиям. Я взяла поднос, машинально набрала супа и хлеба и уже собиралась сесть за пустой стол в углу, когда заметила знакомые макушки. Финн, Лотти и Брам сидели там же, где и утром. Лотти что-то темпераментно доказывала, размахивая ложкой. Финн ржал. Брам слушал с видом человека, который давно смирился с окружающим безумием.

Я помедлила. Утром я села к ним из простого нежелания быть одной. Сейчас я могла бы тихо поужинать в углу и пойти готовиться к завтрашней боевой магии. Но ноги сами понесли меня к их столу.

— Опять ты! — Финн радостно подвинулся, освобождая место. — Садись, тут Лотти сейчас взорвётся, если никто не подтвердит её правоту.

— Я не взрываюсь, — отрезала Лотти и ткнула ложкой в мою сторону. — Эрида, вот скажи: может ли дракон чихать в ипостаси ящера? Финн утверждает, что это физически невозможно. Я говорю — чушь.

— Откуда ей знать? — хмыкнул Брам, но без злобы.

Я села и поставила поднос. Вопрос был настолько нелепым, что я не сдержала улыбки.

— Понятия не имею. Но если бы Кейран Ноктис чихнул в ипостаси дракона, это было бы самое устрашающее зрелище в истории Академии.

Финн заржал. Лотти удовлетворённо кивнула. Брам фыркнул в кружку.

— Я бы заплатил, чтобы это увидеть, — сказал он.

— Ты и так в вечных долгах, — напомнила Лотти.

— Возьму ещё один.

Я ела суп и слушала, как они спорят о драконьей физиологии, о том, кто кого вызовет на дуэль в этом семестре, и о том, что новый преподаватель по зельям явно пьёт свои же настойки. Никто не спросил, почему я вдруг села с ними. Никто не напомнил, что раньше я пряталась по углам. Они просто болтали — и я болтала с ними, и это было легко. Так легко, что я забыла о метке, о богине, о Кейране и его золотых глазах.

— А ты правда на боевую магию записалась? — спросил вдруг Финн, когда Лотти отвлеклась на Брама. — Я видел твою фамилию в списке.

— Правда.

— Круто. Торвальд — зверь. Но если выживешь, научишься стоять.

— Я планирую выжить.

Финн кивнул с уважением и вернулся к спору. А я вдруг поняла: у меня никогда не было такого. Просто ужина с людьми, которым на меня не наплевать. В прошлой жизни я сидела с Инессой и её свитой, и каждое слово давалось с трудом, потому что любое могло быть использовано против меня. А здесь... здесь можно было просто быть.

— Ладно, — Лотти поднялась первой, — завтра у нас ментальные щиты с утра. Если я опоздаю, Грейвз меня проклянёт.

— Он и так тебя проклянёт, — заметил Брам.

— Пусть встанет в очередь.

Они разошлись, а я осталась сидеть, допивая остывший чай. На душе было странно — тепло и тревожно одновременно. Я привязывалась. Это было опасно. Привязанности делали меня уязвимой.

Но, может быть, именно это и нужно? Не только месть. Не только хаос. А что-то ещё — что делало меня человеком, а не инструментом богини.

Я встала, отнесла поднос и пошла к себе.

---