— Ваши оценки, адептка, действительно не впечатляют. Но за последние полгода вы добились успехов, которых не добивались годами. Вы поступили на боевой курс. Вы бросили через бедро одну из лучших студенток Торвальда. Вы победили Инессу — одну из сильнейших магов курса. И всё это вы объясняете... испугом?

— Я много тренировалась, — сказала я. — Магистр Торвальд подтвердит.

— Подтверждаю, — подал голос Торвальд. — Она тренируется как проклятая. Но такой магии я её не учил.

Морвус поднялся из-за стола и подошёл к окну. Гаргулья на карнизе не шевельнулась, но её глаза следили за каждым его движением.

— Адептка Вэллфорд, — произнёс он, не оборачиваясь. — В стенах этой Академии запрещена тёмная магия. И магия Хаоса — одна из самых опасных её форм. Если вы сознательно используете запретную силу, я обязан принять меры.

— Но я не знаю, что это было! — я позволила голосу дрогнуть. — Может быть, это артефакт? Может, защита, которую я купила в городе?

— Защита? — Морвус обернулся.

— Да, — я закивала, хватаясь за спасительную ложь. — Я купила амулет у одного торговца на ярмарке в Сосновке. Он сказал, что амулет защищает в минуту опасности. Может, это он сработал?

Торвальд фыркнул.

— Ярмарочный амулет? Поглотил заклинание выпускницы Высшей Магии? Чушь.

— Я не знаю! — повторила я, и на этот раз в моём голосе прозвучало настоящее отчаяние. — Я не понимаю, что происходит. Я просто хотела защититься.

Морвус долго смотрел на меня. Гаргулья за окном склонила голову набок, и я готова была поклясться, что в её глазах мелькнула усмешка.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Если вы утверждаете, что не контролируете эту силу, мы это проверим.

— Как?

— Комиссия, — ответил он. — Через три дня. Я соберу магистров, которые проведут всестороннее обследование ваших способностей. Мы проверим ваш магический фон, вашу ауру, ваши реакции. Если вы говорите правду и эта сила — случайность, комиссия это подтвердит.

— А если нет? — тихо спросила я.

— Если выяснится, что вы сознательно используете запретную магию, — его голос стал холодным, — вы будете признаны опасной для общества. И покинете Академию. Навсегда.

Повисла пауза. Гаргулья за окном расправила крылья и беззвучно скользнула в темноту. Я опустила глаза, пряча за ресницами не страх — решимость.

— Я согласна, — сказала я.

— Вот и хорошо. — Морвус вернулся к столу. — Комиссия соберётся через три дня, в полдень, в Малом зале. А пока — вы свободны.

Я встала. У двери задержалась и обернулась.

— А Инесса? — спросила я. — Она проиграла поединок. Она обещала отказаться от помолвки.

Морвус чуть приподнял бровь.

— Это вопрос чести, а не академической дисциплины. Разбирайтесь сами.

Я кивнула и вышла.

---

Кейран ждал у подножия лестницы. Он стоял, прислонившись плечом к стене, и его лицо было бледным от напряжения. Когда я вышла, он отлепился от стены и в два шага оказался рядом.

— Что он сказал?

— Что я могу остаться. Но через три дня соберут комиссию. Будут проверять мои способности.

— Комиссию? — Кейран нахмурился. — Это серьёзно. Если они найдут Хаос...

— Не найдут, — сказала я тихо. — Богиня не позволит.

— Ты уверена?

Я вспомнила гаргулью на карнизе, её каменный голос, её слова: «Для Хаоса нет преград». И тепло метки, разрешившей мне лгать.

— Уверена.

---

Три дня пролетели быстро.

Я почти не спала. Всё думала о том, что сказала Морвусу, и о том, что будет, если комиссия всё-таки обнаружит Хаос. Гаргулья появлялась каждую ночь — на подоконнике, на карнизе, в саду. Она больше не говорила, но её присутствие успокаивало. Словно богиня напоминала: я не одна.

Накануне проверки я сидела в библиотеке, пытаясь отвлечься переписыванием манускриптов, когда мне на глаза попалась старая книга — «Легенды Ноксхейма», потрёпанный томик, который я раньше не замечала. Я открыла её наугад и замерла.

«...и послала Богиня Хаоса в мир живых каменных вестников, что приняли облик гаргулий. Никто из смертных не видит их, кроме тех, кто отмечен её печатью. Через них Богиня говорит со своими жрицами во снах, через них наблюдает за миром, через них направляет свою волю. Имя им — Стражи Порога, ибо стоят они на границе меж Хаосом и Порядком...»