– Мам, мам, у нас там омлет с глазами!
– Что?
Я резко поднимаюсь на кровати. Сколько времени? Где мой телефон? Какой сегодня день?
И… чем это так вкусно пахнет?
Накидываю халат, выхожу на кухню. А там…
– У нас на завтрак остатки пиццы и омлет с глазами, – объявляет Кот.
Он не ушел. Он приготовил завтрак. Он… что он творит?
А я?
Я веду себя как тряпка. Решила одно, а делаю прямо противоположное. Вернее, позволяю ему делать. Он не должен у меня оставаться! Не должен готовить завтрак моим детям. Ничего хорошего из этого не выйдет.
– Тебе правый глаз, – Богдан раскладывает омлет по тарелкам. – А тебе левый. Кому усы?
– Мне, мне! – хором орут дети.
Он ставит перед ними тарелки.
– Мам! – дергает меня за халат Аленка.
– Что?
– Я хочу, чтобы Богдан был нашим папой!
50
Марта
Я вижу растерянное лицо Кота.
Понимаю, что на моем лице примерно такое же выражение.
У меня дыхание перехватило и сердце сжалось, когда я услышала слова Аленки!
Я не должна была допустить такого…. Но я допустила.
Слишком расслабилась, слишком раскайфовалась. Отпустила тормоза и – забыла об ответственности перед своими детьми.
– Пиццу будешь? – спрашивает Богдан Аленку.
Она кивает.
– А знаете, что ещё у нас есть?
– Что? – с интересом спрашивают дети.
– Вкусненькое.
– Что, что?
– Съедите омлет – скажу.
Он умело сменил тему и переключил внимание Аленки. Опытный болтун и манипулятор!
А чего я ожидала? Что он скажет: да, я буду твоим папой?
Да я бы убила его за такое!
Для него вся эта возня с детьми – просто развлечение. И способ добиться от меня того, что ему нужно.
А для них… особенно для Аленки… это все может быть очень серьезно.
Так же было с Никитой. Ваня его довольно быстро забыл. А Аленка долго спрашивала, где папа. И мне пришлось объяснять, что Никита – не отец, он просто был моим мужем…
***
Остаток утра прошел скомкано. Богдан предъявил детям обещанное “вкусненькое” – картошку фри, которую вчера принес вместе с пиццей. Я ее спрятала, а он не забыл.
Дети были довольны. Я – зла.
А Богдан… ему вообще все пофиг!
Никогда ещё у меня так сильно не чесалась скалка, как сегодня утром!
А, придя на работу, я не выдержала и позвонила Полинке.
– Давай пообедаем вместе.
– Мартюш, что случилось?
– Я рассталась с Богданом, – выпаливаю я. – Но ему ещё не сказала.
– Что он натворил? – ахает она.
– Мои дети начали называть его папой.
– Капец…
– Вот именно!
– Встречаемся в твоей кафешке в час?
– Да.
Мне очень надо с кем–нибудь поговорить. Иначе я с ума сойду от всех этих мыслей!
***
– А, может, ничего страшного не случилось? – произносит Полинка, выслушав мою сбивчивую эмоциональную речь.
– Аленка сказала: хочу, чтобы Богдан был нашим папой!
– А он что?
– Ничего. Сменил тему. Испугался.
– Ссыкун, значит…
– Конечно, мои дети ему нафиг не нужны! Ему от меня нужен только секс.
– А ты как думала?
– Так и думала.
– А как ты хочешь, чтобы было? Ты хочешь, чтобы он женился на тебе и стал отцом Аленке и Ване?
– Нет! Ты что, с ума сошла, такое говорить!
– Ну а в чем тогда проблема?
– В том, что я подпустила его к детям.
– Так не подпускай, – спокойно произносит Полинка.
– Я не хочу! Я ему запрещаю! А он все равно приходит. И я… позволяю ему. Приходится признать: я не могу его контролировать.
– Мартюш, я сейчас скажу крамольную мысль… А, может, тебе и не надо все контролировать? Может, ты не господь Бог? Просто отпусти и пусть все идет, как идет.